– Как?!
– А вот так.
– Она.. она в Грузии?
– Не знаю, я её в аэропорт отвезла, там и простились. Машину заберите, она ей вряд ли понадобится.
– Почему? Вы что-то знаете?! – с тревогой спросил Саша.
– Предчувствие у меня, что не вернётся она сюда.
Саша дошёл до машины, поникший, сел, набрал телефон Антона Туравы:
– Привет, прости, что поздно, Антон, скажи только одно, Дарико сейчас у вас?
– Ого, ты чё, Саша, жену потерял? – хохотнул Антон. – А я думал, Дэри с тобой как шёлковая. Что опять чудит сестрёнка?! Нет, у нас её нет, я бы сразу знал, такие вести быстро расходятся. Если что услышу, позвоню.
– Ладно, спасибо.
Наумов вздохнул и мрачный поехал домой. Прошло три тягостных дня. Спал он плохо, просыпался и с тоской смотрел на пустую подушку рядом. Хорошо, что годами отлаженный бизнес работал как часы, работа не грела и не спасала: он приезжал на несколько часов подписать бумаги, провести совещание и уезжал.
В тренажёрном зале через силу заставлял себя делать любимые упражнения. Одна отдушина: Сашка, который с компьютером был на ты, прислал фотографии с отдыха. Елена Николаевна и дети на слонах, Лея сидит на хоботе, как на качели, и нежно обнимает слона. "Вот ведь какая: ничего не боится. Ко всем зверям без страха подходит: что к коню, что к слону! Мама научила! Мама…" И на Сашу снова обрушилась тоска.
Уже под вечер в дверь позвонили. На пороге его дома стоял курьер, протягивая объёмный пакет. Наумов расписался в получении, закрыл за курьером дверь. "Ого, Берлин… Байер что ли прислал?!" – подумал Наумов и разорвал конверт. Письмо было не от Дэна, Наумов узнал почерк Дарико: своеобразный – он узнал бы его из тысячи.
"Милый Саша, я не смогу дать тебе то, что ты так хочешь – детей. Здесь, в Германии, в лучшей из клиник, мне вынесли вердикт: больше детей у меня не будет. Поэтому я решила дать тебе свободу.
В этом конверте моё нотариально заверенное заявление о расторжении брака и медицинские документы, подтверждающие моё бесплодие. Повод более чем весомый для развода, сказал адвокат, с этим проблем не будет.
Лея остаётся с тобой, документ также заверен нотариусом, ибо ребёнку нужна полноценная семья и нужна мать. Ты ещё сможешь создать семью, любая, не раздумывая, пойдёт за тебя замуж, потому что таких, как ты, больше нет. Только выбери добрую, сердечную, чтобы Лее с ней было хорошо… Я уже вряд ли выйду замуж, но не обо мне речь…
Если ты сохранишь обо мне добрую память и позволишь хотя бы изредка видеться с дочерью, я буду тебе очень благодарна. Если нет – я подчинюсь твоему решению. Я очень хочу, чтобы ты был счастлив, потому что я тебя по-прежнему безумно люблю и благодарна Небу за каждый миг, проведённый с тобой.
В Россию я больше не вернусь: исчезну из твоей жизни и осяду в каком-нибудь из штатов Америки. Так что искать меня не надо. Если можешь простить – прости, что так и не смогла подарить тебе малыша… Твоя Дэри. Число. Подпись".
Наумов вынул из конверта документы, оформленные по всем правилам, разрушающие его, Сашки Наумова, счастье. Оттуда же из конверта выпало золотое обручальное кольцо в прозрачном маленьком мешочке. Пол под ногами закачался…
"Дэри!!!"
Наумова бил озноб. Он ещё раз прочёл письмо, зубы его стучали… "Любая, не раздумывая, пойдёт за тебя замуж…" Ему не нужна любая! Ему нужна только она!!! Всегда была нужна. Он на секунду представил, что просыпается рядом с другой женщиной – Наумова скрутило. Он ясно представил, как будет дальше протекать его жизнь. Он будет стараться приходить домой как можно позже: с работы, с мотоклуба, с тренажёрки – откуда угодно, но позже. Спать отдельно, воспитывать детей, которые будут не от неё и не похожи на неё… У его новой жены не будет её ума, её безупречного вкуса, её изящества, её запаха, её чарующего голоса…
Воспоминания нарастали, как снежный ком: она могла "завести" его поворотом головы, движением плеча, касанием своих волос. Он мог утром подарить ей роскошное платье, а вечером разорвать его на ней. Он мог поехать с ней к знакомым на вечеринку и … не доехать, внезапно повернув машину в сторону леса. И такого никогда больше не будет в его жизни, вернее, в их жизни! А Лея?! Она так привязана к матери, боготворит её, копирует. Кто заменит ей Дарико?!
У Наумова началась паника. Он бросился к телефону. Байер был недоступен. Тогда он позвонил Валерии.
– Лера! Дарико у вас?
– Саша! Она утром в Барселону улетает, а оттуда – в Штаты. Саша! Она сама не своя, плачет по ночам…
– Задержи её!
– Я уже не могу, она от нас съехала, вещи в камеру хранения отвезла, где-то по ночному городу гуляет, говорит, ей так легче…
– Какой у неё рейс?
– Берлин-Барселона, он один утром, следующий вечером. Саш, что случилось?!
Но Наумов уже бросил трубку и звонил в такси.