По моей просьбе, она прислала мне письмо, которое я здесь приведу полностью.
Мой папа, Плешаков Иван Афанасьевич, родился в 1905 году, на хуторе – Лобачёв, Волгоградской области, в многодетной семье. У него было два брата: Андрей и Николай, и две сестры: Пава и Маруся.
Папа был бухгалтером, этому и обучил Андрея. До войны он работал на Северном Кавказе, где и повстречал мою маму.
Когда родились мы, дети, они переехали в Калмыкию, в Цыган-Аман, откуда он, будучи больным, добровольно ушел на фронт, и в 1943 году погиб под Харьковом, в селе Дергачи, и похоронен в братской могиле.
А было всё так. Шли бои на Орлово-Курской дуге. Папу раненого отправили с линии фронта в госпиталь, под Харьков. Отступая, наши войска бросили госпиталь, и, когда вошли немцы, то они из огнемётов сожгли всех раненых. Об этом нам рассказали местные жители из села Дергачи. Так мы и лишились отца. Брату Володе было тогда 9 лет, а мне – 8.
Здесь я прерву письмо Наташи и в этом месте вставлю ПИСЬМО С ФРОНТА, написанное Наташиным отцом.
Не все слова в письме можно разобрать, поэтому я попросила Наташу переписать для меня текст письма, которое я привожу здесь…
Письмо приводится здесь без исправлений и редактирования…
Прошли годы после войны. Выросли Наташа и Володя. Долго искали могилу отца.
И в конце концов, на все запросы пришел ответ с адресом городка, где отец лежал в госпитале. Это село ДЕРГАЧИ под Харьковым. Володя в один из отпусков съездил туда.
Когда Володя приехал в село Дергачи, в селе ещё были живы те, кто жил под немцем.
Он узнал от местных жителей, что госпиталь с ранеными не успел эвакуироваться. Немцы вошли в городок, в госпитале расстреляли всех раненых. А офицеров, в том числе и Володиного отца, выводили, ставили к стене дома, и сжигали напалмом.
Страшное зрелище. Их останки захоронили в братской могиле.
В городке, на площади установлен памятник погибшим в те дни. Среди них есть фамилия – Плешаков Иван…
Так Володе удалось найти, и посетить могилу своего отца.
На могилу отца, пока позволяло здоровье, много лет подряд ездила Наташа. Она сфотографировала памятник, который установлен на братской могиле, и возложила к нему цветы.
Моя мама, Варсобина Маргарита Николаевна, родилась 15 сентября 1911 года. Училась в Горьковском инязе, и на 1-ом курсе заболела. Её отец, Варсобин Николай Николаевич, отвёз маму к своему другу – хирургу, на Северный Кавказ, который оперировал её (трепанация черепа), после чего врачи запретили продолжать учёбу в институте. Мама жила в семье врача до тех пор, пока не окрепла.
Друг отца маминого, видя, как она тоскует без работы, предложил ей работу в бухгалтерии.
Накануне трудоустройства маме приснился сон: по дороге на работу ей повстречалась сербиянка, и указала на проходящего мимо мужчину, и сказала, что он будет маминым мужем.
Так и случилось. Когда она пришла устраиваться на работу, её встретил мужчина, которого она видела во сне. Они познакомились, и вскоре поженились.
Позже они с детьми переехали в Калмыкию, куда по зову партии, на освоение степей, переехали многие семьи. Оттуда отец добровольцем ушел на фронт. Больше мы его не видели. Так мама осталась с ними, малолетними, одна. Работала она секретарём – кассиром МТС (Машинотракторная станция).
Сохранилось свидетельство о браке между Иваном Афанасьевичем и Маргаритой Николаевной, состоявшегося 23 мая 1933 года.
Мама была мудрая, умная, очень добрая и терпеливая женщина. После появления немецких парашютистов – разведчиков, одиннадцать семей, в том числе и наша, с детьми, на тракторе, в прицепленном вагончике для механиков МТС бежали от немцев…
Когда переправлялись на барже через Волгу, в сторону Ахтубинска, под бомбёжкой, у нас моторист катера потребовал добавочную плату за переправу. В случае неуплаты, он обещал перерубить канат, которым тащил баржу. Мама притянула канат к себе, не допустив преступления мотористом. Он, увидев это, отцепил баржу под крутым, высоким, обрывистым берегом Волги. И тогда все женщины на себе тащили баржу к отлогому берегу, где мы все высадились со своими пожитками на берег.
Был вечер, и мы расположились на открытой поляне у самого берега. Наутро, к нашему берегу причалил другой катер, и матросы с матом набросились на нас – беженцев. Оказалось, что эта баржа была украдена у них. Они забрали баржу, и уплыли.