Я нажимаю отбой и убираю телефон в карман. На моем лице улыбка. Она связана с тем, что люди настолько любят лёгкие пути в жизни, что не хотят думать. Им проще обвинить первого попавшегося во всех прегрешениях и тем самым очистить душу. Только вот они ошибаются. Всё это рано или поздно вернётся и ударит по самому уязвимому , да так, что живого места не останется.
Я еду домой, мне стало интересно вскрыть ту дверь. И когда же я ее забаррикадировал? Не помню совершенно. А после стоит обратиться к доктору, чтобы он разъяснил, что со мной творится.
И зачем она меня спасла тогда, возможно, меня сейчас нашли где-нибудь в акватории залива, легко и безмятежно дрейфующего в открытом море. Конечно, так же вероятно, что я был бы частично съеден корюшкой, что так любят наши жители. Да-да, эта рыба самый ярый поедатель наших туш, что случайно или же специально оказались во власти водной стихии.
Вот и моя остановка. Выходя из трамвая, я оглядываюсь. После достаю сигарету. Задумываюсь. Всё же эти сигареты так или иначе не приносят мне счастья, да ещё и подставляют. Улыбаюсь. После прикуриваю и наслаждаюсь этим теплым, согревающим дымом.
Заходя в парадную, прислушиваюсь. Никого. И что это стало со мной? Да всё очень просто. Паранойя, смешанная со здравым смыслом.
Поднимаюсь по лестнице на последний этаж. Захожу в свою квартиру.
Защелкнув замок, прислушиваюсь. Тишина. Не снимая обувь и пальто, подхожу к закрытой двери и дёргаю за ручку. По-прежнему заперто. Да и почему она должна вдруг открыться? Паранойя. Ищу ключ. Пытаюсь понять, где может быть его местонахождение. Не вспомнить.
Размышляя, я подхожу к окну. Вижу, что перед моей парадной припарковался автомобиль ППС. Интересно, по мою ли душу? Скорее всего, Юра попросил подежурить до ожидания результатов. После -получение ордера на осмотр квартиры и взятие меня под арест при необходимости. Это здравый смысл.
Долго не думая, я выбиваю замок при помощи ноги. Дверь тонкая и полая внутри, поэтому мне это легко удаётся. В комнате темно. Окно заклеено намертво черной пленкой. Включаю свет, зрачки сужаются, и я немного приоткрываю рот…
3
Может, всё-таки стоило попытаться переплыть реку. Понимаю, что вряд ли я бы справился и чувствую, что это был бы не самый плохой вариант. Смерть была бы самым лёгким способом избавиться от грядущих проблем, а ведь, по правде говоря, что я потерял бы? Абсолютно ничего.
Сегодня я размышляю, куда мне податься. К моему огромному удивлению, я не понимаю, откуда взялись все эти фотографии на стенах. Каждая из них переплетена красными нитями, переходящими от одной к другой.
Вот и фотографии всех этих мальчишек и девчонок, они заняли место на правой стене. Здесь на их лицах широкие улыбки, они не подозревают, какая судьба им уготована. Вот нити от них идут к их родителям, они спокойны, не такие, какими я их видел после… Они скорее походили на ходячих мертвецов во время наших последних встреч. Кого-то тоже уже нет в живых. Мало кто способен противостоять тем демонам, что рвутся наружу после утраты самого дорогого, что есть у нас. От родителей нити тянутся далее, к ближайшим родственникам, ничего подозрительного не вспоминаю.
Перехожу на следующую стену. Там есть фотографии и имена тех, кто так или иначе причастен к их гибели. Мы взяли одного из них по горячим следам, а тот тут же сдал своих подельников, которые полностью признали свою вину. Красные нити идут от них куда? Откуда у меня эта информация, и когда я ее сумел раздобыть?
Я сажусь на табуретку, что стоит посреди комнаты. Все те фотографии, чьи лица я уже видел, висят чуть выше. Тот адвокат, те люди, чьи интересы он защищает. И вот теперь прокурор, что так же выносил вердикт тем маньякам. То, что те ублюдки не дожили до приговора – это, конечно, избавило их от более сурового наказания. Думаю, так или иначе их ждала бы та же участь, только сокамерники, думаю, успели бы сделать так, чтобы каждый из них почувствовал такую боль, которую они заслужили. Но главное не то, а тот факт, откуда у меня информация об этих людях. Все эти фото говорят лишь о том, что я могу быть причастен к этому делу, тем более если моя ДНК будет на тех окурках.
Именно сейчас ко мне потихоньку приходят воспоминания о том, что я запер эту дверь, стараясь позабыть о тех днях. Помнил я их до тех пор, пока кто-то не вырубил меня четким и молниеносным ударом по голове в том подвале.
Я достаю телефон и фотографирую всё то, что вижу на стенах. Самое главное, что там есть ещё несколько фотографий тех, к кому в скором времени придется заглянуть.
Конечно, жизнь не предсказуема, и кому-то и я, возможно, насолил тем, что не исполнил обещание, что не добрался до истины. И кому-то сейчас нужно найти козла отпущения и, видимо, это я. Тем самым и я познаю боль. Но кто мог раздобыть информацию об этих людях, и кто именно виноват в гибели тех детей? Мне остаётся только одно. Вспомнить то, о чем я вдруг внезапно позабыл.
Думаю, Юра навряд ли мне позвонит. Зачем ему предупреждать меня об этом. Я собираю всё со стен, включаю вытяжку и газовые конфорки. Всё это нужно сжечь. Перед тем как начать, я подхожу к окну и вижу, что к одной из патрульных машин присоединилось ещё две. Быстро же они работают!..
4
Бежать от проблем и сложностей. Я никогда этим не занимался, ведь они рано или поздно настигнут любого в самый неподходящий момент. Нужно сразу же решать любой вопрос. Я усвоил это с детства, и научил меня этому мой отец. Все основные черты характера закладываются в нас с самого детства. Страх – это основная проблема большинства, и лишь каждый из нас выбирает путь, бороться с ним или же нет.
Я сижу прямо напротив своей входной двери. Я мог бы перебраться через чердак на крышу. Почувствовав себя героем какого-либо боевика, попытаться перепрыгнуть с дома на дом, тем самым пытаясь уйти от погони и прочее. Но всё это полная ерунда. Я знаю, что меня найдут, я знаю, что постараются обвинить во всех прегрешениях, ведь вся наша система именно так и работает.
Я притаился и сосредоточился. Прислушавшись, я услышал, как наряд поднимается по лестнице, а кто-то из них уже стоит прямиком за дверью. Раздаётся звонок.
Я встаю и подхожу к двери, я расслаблен. Мне не стоит спрашивать, кто там, да и, в принципе, у меня никогда не было такой привычки. Щелчок, второй – и я отворяю дверь.
На меня не нацелены стволы пистолетов, но у каждого рука лежит на рукояти в открытой кобуре наизготовке. Все знают меня и понимают, что я вряд ли буду сопротивляться, но, как говорится, бережёного Бог бережёт.
– Ребят. Юра мог бы позвонить мне, и я бы подготовил вещи.
– Да, Семён. Но у нас ордер на осмотр твоей квартиры. Юрий Алексеевич сейчас подъедет вместе с группой криминалистов.
– О как. Ну хорошо.
–Ты пока собирайся, поедем в отделение.
– Основание?