– … а, ну всё, два стакана – твой предел.
– Лохи. Я вот тоже получаю от Гидры деньги. Но только она сама мне их приносит. А вы, лохи, вы становитесь её рабами. Вы лохи. Ло-хи.
– Во-первых, ты уже пьяная, иди спать. Во-вторых, ты такая же раба Гидры, как и все, ну и, в последних, деньги не пахнут.
Я долго не понимала, почему меня бесит Колотун. Поняла только сейчас. У него ж ничего нет. Вот такой равнодушный человек. Надо поваляться в грязи? Поваляется – ни впадлу. В сущности, чем грязь отличается от золота? Химическим составом. А так, тоже какая-никакая материя.
Я снова налила себе портвейна. Вкус его больше не был таким гадким.
– Если я попрошу, ты сделаешь?
– Ой, только не надо этих пьяных просьб!
– Сделаешь или сейчас же пойдёшь, куда хочешь, и я тебя не знаю?
– Фрида, иди спать!
Он взял меня за локоть. И мне стало омерзительно от того, что он берёт меня за локоть.
Я одёрнула его.
– Или сделаешь или иди, куда хочешь. Понял?
– Да понял я, что ты в плохом настроении.
Я подошла к двери, распахнула её.
– Всё, вали отсюда.
Он засмеялся и принялся доедать борщ. Меня это так взбесило, что я подошла, опрокинула тарелку на него.
– Или сделаешь или пошёл…
И тут в моём мутном сознании проскользнуло, что он сейчас выйдет из себя и двинет мне по лицу. Да, безусловно, можно стерпеть всякое, но нельзя стерпеть, когда на тебя опрокидывают борщ. Но, вопреки моим ожиданиям, он встал, бурча что-то типа «дура, что ты наделала», направился в ванную.
Я громко засмеялась.
– Понял, да? Понял что мне надо? Или сделаешь или вали к чертям! Вали на хрен…
Он вышел из ванны с огромным мокрым пятном.
– Вот дура, тебе ж всё это завтра убирать…
А я всё не унималась.
– Ну, Колечка, ну, сделай! Ну не впадлу.
– И что тебе надо?
– Скажи Амо, чтобы не шёл в эту Гидру. Скажешь, да? Ну, пожалуйста.
– Скажу. И он не пойдёт, потому что ты попросила? Кто ты ему такая?
– Я буду с ним ходить по облакам.
– Не будешь.
– Буду. Ещё как буду. Он мне про троллей будет рассказывать. Знаешь, тролли, они…