Колян, упал на диван, нагло лыбясь.
― Ну я не был паинькой в школе.
― Почему-то даже не удивлена, ― закатила я глаза, и присев на край дивана, поставила гитару меж ног, свесив с неё перекрещенные руки, ― Где Костя с Алей?
― Аля в саду, яблоню обирает, ― ответил Колян, ― Костя, не дождался тебя, и уехал, а я в шоке. Это ты сегодня с утра хотела найти? ― он протянул мне какой-то листок, достав из прочих документов. ― Батя твой, попросил меня что-нибудь найти на Инну. Ну, я и нашёл.
Он затушил сигарету в пепельнице на столике. Вообще-то я загранпаспорт свой искала, но об этом стоит помолчать. С опаской, пробежалась глазами по листу. Хватило одного предложения, чтобы разом вышибить из меня дух.
И походу мне не нужно было читать её историю болезни. Я видела её воочию…
Я подняла глаза на Гетмана.
― Вы надо полагать уже это видели?
― Да, ― ответил он просто. Я медленно посмотрела на Коляна.
― Ахренеть можно. Ты хоть представляешь, что с фазером моим будет, если он узнает об этом?
― Мне больше интересно, почему он до сих пор об этом не знает, ― процедил он сдержанно.
― Ну наверное она хорошо это скрывала, ― сказала я, поражённая таким открытием, ― На то она и латентная шизофрения, потому что, скрытая.
― Да и ты тоже не плохо, ― вздохнул Колян, ― Какого чёрта ты ничего не сказала?
― А я знала? ― всплеснула я руками. Колян сильно сжал челюсть буравя меня взглядом.
― Ты что, блин, не видела, что она не в себе?
― Я думала, что мне это только кажется, ― пожала я плечами, прибывая в какой-то прострации.
― Отцу, Тори! ― не сдержался Коля, ― Почему ты не рассказала об этом Косте?
Холодно посмотрела на него.
― Его не было.
― Ладно. ― он шумно перевёл дыхание, ― Ладно, мне почему ты ничерта не сказала! Почему?!
― Побоялась, ― пробормотала я угрюмо.
― Побоялась? ― он стукнул себя ладонью в лоб, ― О, Господи Боже мой… Чего?
Так вот значит откуда у меня эта привычка.
― Того, что никто не поверит мне, ― ответила я хмурясь, ― Я же говорю, что мне это только казалось.
― Я всегда был здесь, Тори, постоянно! Я видел, что с тобой что-то не в порядке, я же неоднократно интересовался у тебя, что стрясалось, чёрт возьми! Сказала б ты хоть слово, она бы и на шаг к тебе не подошла! О чём ты думала, вообще?! ― вспылил Колян. А вообще-то напрасно он это сделал.
― Это было давно! ― парировала я вторя его сокрушенный тон, ― Я вообще не думала! Что ты хочешь мне сейчас предъявить, я не понимаю?!
― Я не виню тебя, нет. ― он выставил ладонь, и тут же откинулся на спинку дивана. Он мрачно посмотрел на Гетмана. Док его проигнорировал, обратив всё своё психоаналитическое внимание на меня, от чего я крепче вцепилась в гриф гитары, под чехлом.
― А сейчас, Виктория? Как она ведёт себя?
О, да Ради Всего Святого! Что, прямо сейчас? Серьёзно?
― В какой-то момент всё прекратилось. ― ответила я скупо, смотря в сторону. Я уже и не помню, когда у неё случались приступы. Сейчас я могу сказать, что это были определенные периоды. Видимо когда она не пила таблетки, в периоды ремиссий, она была… нормальной. Но стоило ремиссии прекратится, и медикаментозное лечение начинало сводить её с ума. Наверное её неправильно лечили, что нередко приводило к рецидивам. Она срывалась…