— А это тоже личное? — Вундергай показал на большую цветную фотографию: на ней были изображены молодая светловолосая женщина с девочкой лет десяти.
Спагетти горько улыбнулся.
— Все ясно: жена и дочка, — понимающе сказал Вундергай. — А у нее какая профессия?
— Художник-декоратор. В ТЮЗе работает…
— Спагетти, ты преступник! Другой бы, глядя в глаза этой женщины, вырвал бы из себя «зеленого змия» и — башкой его об забор…
— Попробуй вырви его…
— Присядь вот здесь у окна. Горный воздух отличная вентиляция для легких. Выгоняй из себя проклятого змия.
Спагетти послушно присел. Вундергай устроился на подоконнике, молча уставившись на Спагетти.
— Слушай внимательно. В данную минуту воображение твое обострено, как лезвие ножа. Прими сказанное мною за истину. Итак, представь, что твоя жена месяц назад ушла от тебя вместе с дочкой.
— Откуда тебе это… — Спагетти вцепился в ручки шезлонга, аж пальцы побелели.
— Твой последний запой заставил ее пересмотреть всю свою личную жизнь. Подумай, она молодая, интересная женщина, с прекрасной творческой перспективой, и вынуждена терпеть такого забулдыгу, как ты…
— Неправда! — Спагетти, трагически обхватив руками голову, уперся взглядом в собственные колени.
— Извини, я называю вещи своими именами. Твоя обаятельная супруга, которую ты любишь, уходит к достойному человеку и забирает дочку, к которой ты привязан всей душой.
Спагетти вскочил.
— Я поеду домой!
— Ага, молодец! Езжай, вид у тебя сейчас самый подходящий.
Спагетти безвольно опустился в кресло.
А Вундергай мрачно продолжал тоном прорицателя:
— Дочку твою устроят в интернат для одаренных детей — так решат мать с отчимом, и в выходные дни, которые она будет ждать с великим нетерпением, ее не будут брать домой, потому что и мать, и отчим будут заняты. А ведь ты мог бы провести этот свободный день с дочкой. Но — куда там, ты будешь в этот день в очередном запое — в какой-нибудь захудалой кибитке под снос, у своего дружка. Всем так надоело нянчиться с тобой…
— Ай! — простонал Спагетти, сжав кулаками виски и мотая головой. — Хватит! Прекрати! — Он вскочил, хотел что-то сказать, но Вундергай уже исчез.
Спагетти посмотрел на темный проем в окне своими остекленелыми глазами и затрясся, его начало знобить.
«Прав он, этот Вундергай. Завтра же утром позвоню жене и поклянусь, что брошу пить. Напишу заявление на имя начальника лагеря с просьбой взять меня на поруки. Может, согласится… А сейчас надо успокоиться».
Спагетти выключил лампы дневного света. Красный фонарь продолжал гореть. Открыл шкаф, воровато пошарил рукой на нижней полке за коробками с химикатами, нащупал бутылку «Столового». Хотелось освежить горло — только один глоток, как успокоительное средство, и тогда все-все забросить! Чтоб глаза не видели эту отраву… Ломая ногти, Спагетти откупорил бутылку, отхлебнул из горлышка. Он стоял лицом к открытому окну. Внезапно поперхнулся, закашлялся, бутылка выскользнула из рук. Спагетти замер в нелепой позе на полусогнутых ногах с растопыренными руками, которыми пытался поймать бутылку. Рот его скривился в жалкой гримасе, а глаза наполнились смертельным ужасом.
— Оп-пять? — пробормотал он немеющими губами. — Н-не надо… Я б-б-больше не буду… — Спагетти попятился от окна, поскользнулся в винной луже, плюхнулся в нее, но тут же вскочил, сгоряча не заметив, что осколком от бутылки порезал руку выше кисти. Он попятился к двери, не обращая внимания на боль.
— Оп-пять ты пришел? — жалобно проскулил Спагетти, боясь отвести глаза от окна.
На подоконнике стояло загадочное существо в светящемся скафандре. Под серебряным шлемом, утыканным спицами, мерцали синим отсветом два громадных глаза-блюда. Над поясом и перламутровыми ботинками с острыми носами сверкали зеркальные диски, они, словно подфарники автомобилей, освещали таинственную фигуру. Призрак сложил ладони на груди, как это делают, приветствуя друга, индейцы, и плавно шагнул прямо на рабочий стол, не задев ни одного предмета. Затем призрак взмахнул руками, как бы готовясь взлететь, расправил перепончатые крылья, словно у летучей мыши, и издал тонкий пронзительный свист.
— Ай! Мама! Спасите!.. — завопил Спагетти. Сломя голову он бросился к выходу, едва не сорвав с петель дверь. Опешившие часовые шарахнулись в разные стороны, но, придя в себя, кинулись вслед за обезумевшим пленником.
На пути им попался Аяр с неизменным блокнотом в руках. Бедняга не успел отскочить в сторону, как Спагетти с ходу толкнул его на зеленую изгородь. Аяр едва удержался на ногах, поднял с земли оброненный блокнот и моментально присоединился к преследователям.
Не сбавляя скорости, Спагетти бросился в бассейн и сразу же пошел ко дну.