– Но ведь, если так, то на земной орбите столько места нет! Это ж, сколько их должно быть друг на друга наложено, этих миров?! В жизни, в нужный не попадёшь!
– Дело в том, что их ещё больше. Ведь вселенная перемещаться в нескольких плоскостях.
– Как же ты ориентируешься?
– Мне это не нужно. Я, просто, чувствую, куда надо идти. Ну, как некоторые люди без компаса знают, где север.
– И ты можешь в любую сторону перемещаться?
– Нет. Только вперёд. А потом назад до нашего мира – глубже не пройти.
Сергей помолчал, собираясь с духом. Этот вопрос он оставлял напоследок и, сначала, вообще не хотел задавать, но теперь понял, что не может не спросить.
– А этот твой, коридор жизни… Он только для тебя?
– Нет, – Андрей улыбнулся. – Это мой подарок, вам с Машей.
Сергей совсем застеснялся и отвёл глаза. Вышло так, как будто он выпрашивал что-то для себя. Пришлось опять достать сигарету.
– Вроде бы всё, – он был недоволен собой и перебирал в голове свои многочисленные вопросы. Не хотелось заканчивать именно на этом. И тут Сергей вспомнил:
– Нет, не всё! Ты обещал рассказать, где так драться научился.
– Это целая история! – обрадовался Андрей. – Слушай....
Тибет
Он, всё-таки, добрался! Загадочная Шамбала и все легенды, связанные с этим местом давно манили его. И вот он здесь, поднялся на эти высоты и своими глазами смотрит на изломы горного хребта и обиталище тибетских монахов, хранящее тайны тысячелетий.
Вопреки всем трудностям, паломники шли сюда постоянно, так что Андрей не был единственным гостем этого уединённого места. С ним проводник привёл сюда ещё четверых, сейчас все они расселись на камнях у тропы и отдыхали после долгого подъёма. Лица у всех были усталые, но счастливые – каждый думал о своём.
Андрей смотрел и не мог насмотреться на эту красоту! Перед ним оживали картины Рериха и страницы из книг знаменитых путешественников. Дух захватывало от одной мысли, что он, возможно, находится у колыбели разумной жизни.
Эти горы хранили множество секретов. Многие правители пытались заполучить их, от самых древних, до Гитлера и Сталина, но не преуспели. Монахи погибали, обители разрушались, а тайны оставались тайнами.
Ворота было хорошо видно, створки, выкрашенные красной, давно облупившейся, краской, были закрыты. В сам монастырь, конечно, попасть было нельзя, но и снаружи присутствовало ощущение покоя и сопричастности с чем-то великим.
Монахи много лет принимали здесь огромное количество разных гостей и, будучи людьми добрыми, давным-давно построили маленький домик, поодаль от храма, где паломники могли отдохнуть или переночевать.
На высоте около 5000 метров храм жил своей, невидимой снаружи, жизнью, но каждый день кто-нибудь из монахов выходил к гостям, предлагал скромное угощение, помогал, если нужно, и терпеливо отвечал на многочисленные вопросы.
Андрей впитывал атмосферу этого места. Бескрайнее голубое небо, величественная громада Эвереста, всепоглощающее ощущение покоя и тишина. Тишина была настолько полной, что казалась осязаемой, только порывы ветра иногда нарушали её своим свистом.
Закат превзошёл все ожидания, перед глазами Андрея небо окрасилось такими цветами, которых, просто, не могло быть в природе. Даже знаменитые картины, как оказалось, не смогли передать этого волшебства. Потом темнота накрыла склон в считанные минуты, и сразу стало заметно холоднее. Андрей зашёл в гостевой домик, нашёл себе лежанку, уселся и немного перекусил. Он устал и хотел спать, но пересилил себя. Выпив горячего чая, он вышел наружу.
Звёздный ковёр накрыл небо. Млечный путь цеплялся за вершины гор и заворачивался вокруг них. В темноте особенно сильно чувствовалась энергия, исходящая из каждого камня на этом склоне, она вливалась в тело и наполняла его силой.
Надышавшись вдоволь чистым холодным воздухом, Андрей уже хотел вернуться к своей лежанке, но тут ощутил, что где-то рядом есть проход на ту сторону. Он удивился – от самого подножия хребта, где группа начала подъем, до самого конца пути, ему ни разу не удалось учуять ещё ни одной точки перехода. Он обошёл вокруг гостевого домика и обнаружил, что тот упирается своей тыльной стороной в большой камень. Между этим камнем и, почти вертикальным, склоном основного хребта, оставался узкий проход, там-то и был коридор.
Утром, вместе со всеми, Андрей вышел к воротам обители. Там уже ждал один из монахов, приветствуя гостей. У его ног стояла корзина, накрытая тканью. Монах сложил ладони и поклонился, паломники ответили тем же – этот жест, означающий у буддистов и приветствие и благодарность, сразу запоминает и повторяет каждый, кто оказывается в Непале. Откинув покрывало с корзины, он с улыбкой пододвинул её проводнику, тот объяснил, что монах просит принять скромное угощение от монастыря. Все опять поклонились.
Потом монаха засыпали вопросами – тот отвечал через проводника, служившего ещё и переводчиком. И, наконец, начались уговоры впустить за ворота. По-видимому, ни один человек, проделавший путь от дома до этих высот, не верил, что не сможет попасть внутрь. Каждый считал себя особенным и пытался объяснить, что, именно, его не должны касаться общие правила.
Люди, наперебой, просили проводника перевести, каждый своё, основание на исключение. Монах слушал их молча и, после каждой новой истории, качал головой. Постепенно страсти улеглись, когда стало окончательно ясно, что исключений, просто, не бывает. Наступила неловкая тишина. Тогда монах осведомился, не нужна ли гостям какая-нибудь помощь? И, услышав, что все в порядке и помощь не требуется, опять поклонился и ушёл за ворота.
Проводник объявил, что завтра утром поведёт всех обратно, так как дольше задерживаться нельзя – это противоречит правилам. Нельзя нарушать покой обители дольше.
Новость все восприняли спокойно, видимо, после неудачной попытки войти в монастырь, людям захотелось вернуться.