Городничий. Ревизор из Петербурга, инкогнито. И еще с секретным предписаньем.
(Входит Кат в форме работника НКВД).
Кат. Во сколько вас здесь собралось. Ну, что господа будем сознаваться в подрывной деятельности против государства или как.
Городничий. Что за тон? Что за выдумка? Какая тут подрывная деятельность? Мы служим верой и правдой нашему Отечеству, живота своего не жалеем.
Кат. Вот насчёт своего живота вы правду сказали. Живота-то своего не жалеете, а надо бы поубавить рацион, но мы об этом побеспокоимся.
Городничий. Прекратите свой цинизм. Я буду жаловаться.
Кат. Кому?
Городничий. Губернатору, а если не поможет, то ещё выше пойдём.
Кат. Не старайтесь напрасно. Выше нас только бог. А к богу, я думаю вам ещё рано.
Городничий. Молодой человек, вы забываетесь. У нас есть тоже заслуги перед Отечеством, многие из нас награждены.
Кат. Это в прошлом, а я живу настоящим.
Артемий Филиппович. Конечно, все мы люди, и не без греха. Но грех греху рознь. Мы можем допустить какие-то проступки, но чтобы заниматься подрывной деятельностью против родного Отечества. Нет. Никогда. И, если у нас вместо габерсупа дают капусту, то это не значит, что мы ведём подрывную деятельность против государства.
Лука Лукич. Мы, в своих учениках воспитываем любовь к родному Отечеству.
Пристав. Только какая буза в народе появляется, мы тотчас же её пресекаем.
Аммос Федорович. У нас каждый получает по делам своим, и измену родному Отечеству тотчас бы заметили и приняли к исполнению.
Городничий. Вот видите, какие преданные у нас люди и я головой своей ручаюсь за их благонадёжность.
Кат. Вот только не надо своей головой ручаться. Она и вам пригодиться, поскольку у нас имеются сведения немного иные.
Городничий. Какие?
Кат. Вот это уже секрет.
Городничий. (Про себя). Ух, подлые людишки всё-таки нажаловались, но доберусь я до них. (В голос). Здесь не может быть секретов, мы все свои.
Кат. А вот я не уверен.
Городничий. Кто же тогда среди нас?
Кат. Вот это мне и предстоит выяснить. (Обводит всех тяжелым взглядом). И мы выясним, будьте уверены, но тогда наша кара будет ещё страшнее… Чистосердечное признание смягчает приговор.
Аммос Федорович. (Пауза). Я.. (Все сразу резко посмотрели на него, что Аммос Федорович запнулся, но затем пришёл в себя). Я хотел сказать.
Кат. Говорите, не бойтесь.
Аммос Федорович. Я хотел сказать, что я беру взятки, но чем беру взятки? Борзыми щенками. Это совсем иное дело.
Кат. Да, конечно, это совсем другое дело.
Городничий. Выскочка.
Аммос Федорович. Каждый отвечает за свои дела.
Городничий. Ваши намёки неуместны. Тут идёт речь о более важных делах. Задета наша честь, нас обвиняют в измене, а вы со своими щенками. Это непорядочно.