Здесь его через некоторое время и нашла Мадлен. Она была очень взволнована и прибежала к отцу, чтобы рассказать последние новости.
— Папа, я была у Шангелье!.. Они получили письмо от похитителей! Жака не убьют, только требуют выкуп — сто тысяч франков!..
— Новых франков?!.
— Да.
— Значит, десять миллионов старых!.. — прикинул в уме отец, он по привычке продолжал считать в старых франках. — Да, сумма приличная! У Шантелье таких денег в жизни не бывало!
Хозяин бара, Далишан, худощавый, с тщательно зачесанной лысиной, налил рюмку вина и придвинул ее Густаву.
В дневные часы в баре было мало посетителей, а он жаждал общения и обрадовался, что у него появился собеседник, хотя они с Густавом и недолюбливали друг друга.
— Вы слышали? — сказал Далишан. — Сегодня утром они выехали из Пьена на машинах…
Мадлен присела рядом с отцом, подперев кулачками щеки.
— А что же им делать? — сказал Густав. — Если закроют рудники, им придется эмигрировать!..
Далишан вскинул руку вверх.
— Подумайте, они нашли себе союзников! А где?!. В России! Русские отказались грузить для нас уголь!..
— Если так пойдет, — вставил слово старик, сидевший за соседним столиком, — то Париж скоро окажется без света!
Все помолчали, осмысливая мрачную перспективу, нарисованную стариком.
— Наша учительница Жозетт сказала, — вставила Мадлен, — что мы будем каждый день собирать деньги для горняков Лотарингии!..
Далишан погрозил ей пальцем.
— На этот раз Эдмон с тобой не пойдет! И не думай!.. Я все узнал!..
Мадлен потупила глаза. Отец взял рюмку и посмотрел в нее на свет.
— Оттого, что ваш Эдмон будет сидеть дома, ничего не изменится!.. — сказал он, улыбаясь. — Вот увидите, горняки получат свои деньги!..
Далишан пожал плечами.
— Сильно сомневаюсь!.. Их поддерживают только коммунисты!.. И вот такие люди, как вы, Густав!.. Вы пожинаете сейчас плоды вашего легкомыслия. Сидите здесь, вместо того чтобы зарабатывать деньги!..
Лицо его вдруг приняло предупредительное выражение. У стойки, устало к ней привалившись, стоял Морис Шантелье.
— Кофе и рюмку коньяку! — сказал он.
— Садитесь с нами, Морис! — сказал Густав.
Далишан поставил перед Морисом чашечку кофе и рюмку.
Шантелье взглянул на Мадлен, и его угрюмый взгляд потеплел.
— Ты, говорят, получила письмо из Одессы?.. Жак был бы очень этому рад!.. — Он помешал кофе ложечкой и отпил маленький глоток. — Я думаю, что он еще этому порадуется!
— Говорят, они требуют сто тысяч? — спросил Густав.
Шантелье кивнул:
— Да, это правда!..