Эолин: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Эолин искала, что бы еще сказать, но если и существовали слова, которые могли бы преодолеть это напряжение между ними, они ускользали от нее.

— Думаю, тогда мне следует уйти, — пробормотала она.

Ужасная аура окутала Ахима. Эолин вспомнила Ястреба, как его сосредоточенность достигла максимальной интенсивности как раз перед тем, как нырнуть за пухлой Мышью-Соней.

— Я буду скучать по тебе, Ахим, — ее голос звучал бессильно на фоне тени его ярости и стука ее сердца. Она не могла вынести такой его взгляд. — Я буду скучать по тебе больше, чем ты можешь себе представить.

Ахим по-прежнему ничего не говорил, а у Эолин больше не было для него слов. Не в силах больше выносить тишину, она повернулась и убежала в лес.

К тому времени, когда Эолин добралась до домика, над лугом повисла россыпь ярких звезд. Хотя ее сердце было опустошено после расставания с Ахимом, Эолин обнаружила, что ее дух обновился, когда она увидела заботу, с какой ее наставница готовилась к Пиру Посвященного.

Гемена поставила в саду стол и накрыла его хлебом, орехами, сухофруктами, жареными весенними овощами, острым беренбенским сыром и дымящимся кувшином с горячим вином из ягод и примулы. Плавающие свечи давали бледное освещение, соответствующее застенчивым привычкам генд, присоединившихся к ним в этот особенный вечер.

Гемена поприветствовала Эолин крепкими объятиями.

— Сегодня вечером ты начинаешь свое путешествие как женщина в магии, — с глазами, полными радости, старая мага держала лицо Эолин в своих руках. После размышлений она добавила. — Хотя я осмелюсь сказать, что это не единственный переход, который ты начала сегодня. У тебя был первый поцелуй.

Из тени доносились тихие смешки генд.

Эолин покраснела.

— Это так очевидно?

— Только для опытной магии, умеющей читать ауру своей ученицы, — Гемена подмигнула. — Первый поцелуй порождает характерную искру. Если это хороший поцелуй, эта искра разрастается, отражая цвета женской ауры, как бриллиант в солнечном свете. Если это неудачный поцелуй, искра угасает, уступая место следующей возможности. Если это нежелательный поцелуй, искру нужно обработать магией, иначе она превратится в тени, которые затмят истинные цвета женского сердца.

— Я думаю, это был хороший поцелуй.

— Дорогая, совершенно очевидно, что ты очень хорошо поцеловалась.

— Но это было так неожиданно. А потом я испугалась, и Ахим разозлился, и я… не знаю. Я убежала, как заяц от лисы. Что, если я больше никогда его не увижу? Все, что он будет помнить сейчас, это то, как трусливо я убежала, когда мы прощались.

Гемена поманила Эолин к столу, где она подала две чашки горячего ягодного вина.

— Мы часто говорили о желании и привязанности, но никакие слова или иллюстрации, никакие истории или упражнения не могут по-настоящему подготовить нас к этому мощнейшему выражению Первобытной Магии. В прежние времена — в моем Экеларе — этим летом во время Высшей Церемонии Бел-Этне ты испытала бы пробуждение эн-ласати. Твой любовник был бы для тебя маской, а ты — маской для своего возлюбленного. Это освободило бы вас от личности, от прошлого и будущего, от страха перед собственными эмоциями. Ваш акт страсти, ваше приношение богам было бы связано с настоящим и, следовательно, с вечным.

Эолин отхлебнула вина.

— Значит, я бы не вела себя трусливо сегодня, если бы знала эн-ласати так же, как древние маги?

— Я хочу сказать, что у тебя особые проблемы, учитывая обстоятельства твоего обучения. Научиться танцевать со страстью и желанием — одна из них.

— Иногда мне кажется, что учеба меня ни к чему не готовит. Все не так, как раньше. Как я смогу стать магой, если Старого Ордена нет с нами? Если у меня даже не будет настоящего ковена?

— Не путай форму магии с ее духом. В конце концов, все обряды являются лишь символами более глубоких процессов. Ты помогла мне запомнить это, потребовав творчества в обучении. Твое обучение сослужит хорошую службу, когда ты вернешься в Мойсехен, именно потому, что все старые обряды были смыты. Что до ковена, по которому ты так скучаешь, оглянись, юная мага. Осмелюсь сказать, что за всю историю магии не собиралось такого шабаша.

В этот момент до Эолин донесся ропот в саду: болтовня Рыжей Белки и свист Дрозда; влажный шлепок хвоста Речной Выдры и резкий щелчок челюсти Черепахи. Заяц топнул ногой, Сова хрипло ухнула, а Гигантский Мотылек ритмично порхал над столом. Генды смеялись, а Толстая Соня выскочила из тени, чтобы украсть кусочек сыра.

Гемена созвала их всех, многочисленных товарищей ее детства. Всех, кроме одного.

— Ахим должен быть здесь, — сказала Эолин.

— Мы уже говорили об этом, Эолин.

— Он единственный настоящий друг, который у меня есть, и он маг.

— Это тоже твои друзья. Они всегда были с тобой, учили и защищали тебя.

Эолин сморгнула слезы. Она знала, что Гемена была права, но это не уменьшило ее душевной боли.