Кори пожал плечами.
— Акмаэль сначала думал казнить ее, но, учитывая, что амбиции сырнте делают их склонными к войне под любым предлогом, мы решили, что лучше не форсировать военные действия.
— А Тамир? — она боялась ответа, но она должна была знать.
— Никто не видел его со времен Эрундена. Ришона считает, что он мертв.
— Я так и знала, — прошептала Эолин. — Я что-то почувствовала… в бою.
Выражение лица Кори смягчилось. Он встал со стула и сел рядом с ней на кровать.
— Я слишком много вывалил на тебя в первые минуты твоего пробуждения.
— Все мои друзья ушли. Все они убиты или скрылись.
Кори нежно взял ее за руку.
— Не все.
Он сдвинул ткань ее рукава, его пальцы не остановились на переплетающихся изображениях Дракона, обвивающих ее руку. Эта близость нервировала ее. Она попыталась вырваться, но он крепко держал ее.
— Мы должны поговорить об этом, — сказал он.
Эолин отвела взгляд, ее тело напряглось, как у змеи, готовой нанести удар.
— Акмаэль дал его тебе, не так ли? — спросил Кори.
Разозлившись, она вырвала руку из его хватки и с силой натянула рукав на драгоценность.
— Ахим дал мне его. После того, как я встретила Акмаэля, я пыталась удалить его всеми заклинаниями, которые только могла изобрести, но он не сдвинулся с места. Но я найду способ. Я не буду связана ни с ним, ни с его кровожадным родом королей!
— Украшение шевелилось на твоей коже в те месяцы, что мы провели в Восточной Селене?
— Тамир рассказал тебе об этом?
— Неужели ты все еще веришь, что он был моим шпионом?
Тон Кори был спокоен и непоколебим, и под его пристальным взглядом пламя ее гнева дрогнуло.
«Какой смысл сопротивляться дальше?».
Восстание закончилось. Эрнан и Тамир были мертвы. Ее друзья были изгнаны. Если она сейчас не пленница, они могут объявить ее таковой, когда захотят. Зачем скрывать правду?
— В канун Середины зимы, — пробормотала она. — У подножия Старой Пихты. Оно говорило с деревом твоих предков, хотя они использовали диалект, которого я не могла понять.
Он кивнул.
— Я рад слышать это. Это украшение — реликвия нашего клана. Королева Бриана доверила его своему сыну перед смертью, хотя и не сказала ему его значения. И это связывает вас с Акмаэлем, хотя, возможно, не так, как ты опасаешься. Это также связывает тебя со мной. Это связывает тебя со всем кланом Восточной Селен.
Он сделал паузу, прежде чем добавить:
— Нас двоих.
— Я не понимаю.
— Восточная Селен — это не клан крови, — сказал Кори, — по крайней мере, не совсем. Если бы это было так, мы ничем не отличались бы от королевской семьи, измученной соперничеством и интригами, отрицанием любви и страсти, предательством и…
— Ты не избежал ничего из этого.