Эолин: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Песня Кел’Бару становилась все более сложной, устремляясь к звездам и достигая кульминации в завораживающем ритме радости и доблести. Плененная ее силой, Эолин ответила своим голосом, предлагая Кел'Бару все, что могла: свою любовь, свой страх, свою благодарность и негодование, свои надежды и разочарования, свою неуверенность и свою убежденность.

Эхекат, — молилась она, — это мое прошение к богам. Принесите победу Мойсехену. Каким бы ни был путь, какой бы ни была цена, какую бы цену вы ни потребовали кровью, верните магию наших предков моему народу. Услышьте мольбу Вашей слуги. Помогите мне выполнить мою клятву.

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

Ахмад-мелан

Эолин была прекрасной, когда выехала навстречу королю, ее волосы приобрели золотисто-рыжий оттенок на прохладном ветру. Она была в бордовом одеянии и высоко держала полированный посох. Хрустальный набалдашник сиял в собирающемся свете, яркое отражая восходящее солнце.

Глядя на нее, Акмаэль ощутил неожиданный прилив гордости, сопровождаемый скрытым желанием. И снова он решил заполучить ее — женщину и магу — до того, как солнце сядет в долине Эрунден.

Рядом с ней ехал мужчина, которого Акмаэль принял за ее брата, а рядом с ним — женщина с видом воина с Параменских гор.

Хелия, возможно.

Кори упоминал ее.

Позади них повстанцы были собраны в четыре роты, растянувшиеся по всей ширине узкой долины. Их правый фланг казался беспокойным и плохо вооруженным, с вилами и мотыгами. Рядом с ними стояли Горные Воины, их стройные шеренги были под развевающимися небесно-голубыми знаменами. Акмаэль чувствовал их хищный взгляд с поля боя, но без копий они были бы легкой добычей. Слева от них, под темно-зелеными флагами, стояло несколько рядов копейщиков из Селен, мрачное напоминание о восставших против него мятежных лордах. Когда это будет закончено, их годы правления землей, где родилась его мать, подойдут к концу. Последняя рота слева от повстанцев была сплоченной и такой же крепкой, как Горные Воины. Акмаэль подозревал, что это были опытные люди Эрнана, сражавшиеся вместе во многих кампаниях.

Небольшая группа лошадей, не более пятидесяти, стояла в тылу. Если верить Кори и подсчетам королевских разведчиков, то не было видно еще около пятисот человек, не говоря уже о неизвестном количестве кавалерии сырнте.

Несомненно, Эрнан спрятал в лесу лучников, что Акмаэль предвидел. Две роты его пехоты должны были преследовать их во время первой атаки. Вторая линия всадников следовала за авангардом, чтобы бросить вызов сырнте, если они появятся, или помочь в бегстве, если они не появятся.

Если предположить, что у Эрнана не было настоящих сюрпризов, эта битва вполне могла закончиться к полудню. И если тысячи всадников было недостаточно, у Акмаэля было достаточно копейщиков, которых можно было бросить в бой. В любом случае победа будет за ним. Если бы у брата Эолин был хоть какой-то разум, он бы признал это и воздержался от своего безумия.

Кивнув Церемонду и Дростану, Акмаэль направил своего коня. Они появились перед его армией, чтобы принять вызов повстанца.

Эрнан и его спутники остановились в нескольких шагах от них.

Король молча разглядывал их, больше всего его взгляд задержался на Эолин. Одна выдающаяся мага выступила против него и его магов. Пожалуй, величайшей глупостью Эрнана было то, что он так сильно верил в ее магию. Но его безумие превратилось в ее доблесть, и она смотрела королю в глаза, ее темные глаза были решительны, а выражение ее лица было непроницаемым.

«Будто мы не знали друг друга до этого дня».

— Эрнан из Моэна, — Акмаэль повернулся к своему противнику. Он заметил что-то знакомое в Эрнане. Огонь в этих зеленых глазах тревожил его, пробуждая какую-то тень, поселившуюся глубоко в его сердце. Как дурной сон, который изо всех сил пытался всплыть. — Я много слышал о твоих навыках и опыте. Наверняка ты осознаешь безвыходность твоей ситуации. Если сложишь оружие сейчас, я готов принять капитуляцию на щедрых условиях. Твоему народу будет даровано мое помилование и позволено оставаться в этом королевстве в мире, за исключением, конечно, твоих наемников и чужеземных союзников, которые должны немедленно покинуть мои земли.

Эолин вдохнула от удивления. Акмаэль поймал ее пристальный взгляд.

Нахмурившись, она отвела взгляд.

— Ты проявил явный интерес к Селен, — продолжил Акмаэль, возвращаясь к Эрнану. — Я могу предоставить тебе часть земель на востоке, от реки Фурма на юге и на западе до холмов Мэскон, подарить их твоей семье и их потомкам. Твоя сестра, — он кивнул на Эолин, — останется магой, с моего позволения. Я предлагаю принять мои условия, чтобы мы могли воздержаться от этого кровопролития и вернуться домой.

— Эрнан, — сказала Эолин. — Возможно, нам стоит подумать…

— Мы не сдадимся, — решимость ее брата одновременно впечатлила и встревожила. Акмаэль счел прискорбным, что этот человек, который мог бы стать достойным союзником, так стремился стать его заклятым врагом. — Род Вортингена предал наш народ. Мы пришли отомстить за порчу этого королевства, положить конец правлению, твоему и твоих отцов и вернуть магию всему народу Мойсехена.

— У тебя нет причин мстить мне, и ты не можешь победить сегодня. Если будешь сражаться, твои люди падут, как летний дождь. Их кровь зальет эту долину. В твоих силах избежать этой трагедии, — Акмаэль снова переключил свое внимание на Эолин. — Сдавайтесь и примите обещание моей защиты.

Эрнан повел свою лошадь вперед, чтобы заслонить от короля Эолин. Напряжение охватило плечи лидера повстанцев. Волны жара поднимались от его доспехов, хотя утренний воздух оставался прохладным.

Акмаэль заметил тревожное изменение ритма дыхания Эрнана. Инстинктивно рука короля потянулась к рукояти меча, но Эрнан не атаковал. Он сидел неподвижно, как камень, зеленые глаза тлели под рыжими бровями. Он смотрел не на короля, а на что-то, что видел только он.

Металлический запах пронзил чувства Акмаэля, и его осенило осознание. Он взглянул на Церемонда, но янтарные глаза волшебника были устремлены на Эрнана, который теперь повернулся к своей сестре и сказал ей низким рычанием:

— Сегодня ты погибнешь от моего меча.

Эрнан направил лошадь к армии повстанцев.

С лицом, полным тревоги, Эолин развернула свою кобылу, чтобы следовать за ним.

Хелия, явно сбитая с толку их внезапным отступлением, галопом неслась позади.