– Но ты любимее, – вытянула свою руку из ладони мужчины Сора, тут же зарывшись ею в густую копну чёрных волос парня. – Он мне как младший братец, а ты…
– Тогда, если бы тебе предложили спасти кого-то одного, кого бы ты выбрала? – Юнхо поднял голову с плеча и распрямил спину, уставившись цепким взглядом чёрных глаз-лодочек на растерянное лицо девушки.
– Ты что такое говоришь… – тихо пробормотала она, переключив всё своё внимание куда-то на свои колени. – Ужасный вопрос. Я не хочу на него отвечать. Не хочу выбирать. И это не влияет на тот род отношений, который связывает меня с тобой и меня с ним. Это разное, понимаешь? Тоже любовь, но совсем другая.
– Почему я просто не могу взять тебя и увезти подальше из этого города? – криво усмехнулся Юнхо, точно так же опустив взгляд в колени. – Почему нас всё время должно что-то держать? Если, как ты говоришь, твоя вода – она на всю жизнь, то и Тэён на всю жизнь?
Юнхо раздражённо пнул носком шлёпка асфальт, совершенно позабыв о том, что пальцы на его ногах открыты. Кожа проехалась по шершавой поверхности и тут же вспыхнула ноющей болью. Наверняка содрал до крови. Лицо исказилось, покраснело. Сора повернула голову в сторону мужчины и покачала головой. Руки её потянулись к лицу Мина, но тот дёрнулся и ушёл от прикосновения.
– Я знаю, что это эгоистично, знаю, как это выглядит… – горько усмехнулся Юнхо, подняв подбородок кверху.
– Я всё понимаю. Я уеду с тобой, обещаю, но лишь когда мы найдём для Тэёна замену мне. Мы ведь не одни такие, кто видит воду, есть ещё люди, но большинство из них умирают, так и не найдя того, кто смог бы спасти… Я хотела бы съездить с тобой на водопады. Однажды… Как думаешь?
Юнхо мягко улыбнулся и вновь запустил свои пальцы в чужие, стиснув ими тёплую ладонь. Он прекрасно понимал, что ни на какие водопады Сора с ним не поедет, ведь даже если она найдёт кого-то для Тэёна, то, покинув его, умрёт сама. Одно неизменно не может существовать без другого, а Юнхо просто-напросто не в состоянии стать заменой. Как бы он сейчас тоже хотел видеть воду…
end flashback
– С того дня она стала чаще жаловаться на сбои в промежутках времени приливов, она часто плакала, у неё случались срывы, а я просто не выдержал и в один из таких дней снова предложил пропить ей таблетки от галлюцинаций. Это был «Helix». Она зачем-то согласилась… Тогда, буквально через неделю, ко мне прибежал Тэён, ворвался прямо в кабинет и высказал всё, что обо мне думает, ведь из-за этих таблеток Сора была не в лучшем состоянии, да ты, думаю, понимаешь. Она упала в обморок как раз в самый ответственный момент, когда случился прилив, именно во время прилива организм максимально слабеет, и в случае, если ты пьёшь такие препараты, твоё сознание практически сразу отключается. Всё обошлось, но Тэён в тот день мне ясно дал понять, что я гублю её. А ведь действительно, я подталкивал её на побег, который может стоить ей жизни, я в неё не верил, кормил таблетками… Она ведь не такого заслуживала. Она заслуживала Тэёна – заботливого, внимательного юношу, который готов был ради неё на всё. Я часто видел его издалека, сталкивался с ним на просторах города, я знал о нём по рассказам Соры, но ни разу не видел и не слышал о такой черте его характера, которую он проявил в тот день. Этот мальчишка добр, открыт, всегда так спокоен… Но когда дело касается тех, кто дорог, он – защитник. Он был куда сильнее и отважнее меня. Я тогда струсил.
– А что же с ней случилось? – еле слышно поинтересовалась Нарим, не сводя растерянного взгляда с доктора. – Неужели таблетки, которые Вы прописали? Разве она не перестала их принимать?
– Таблетки здесь ни при чём. Они были одним из факторов, а причина ухода её неизвестна. Но это не таблетки.
– Тогда почему Тэён винит Вас? – искренне не понимала девушка.
– Потому что я сдался, – поднял полный боли взгляд на Нарим мужчина, скрипнув напряжённой челюстью. – Я пообещал больше не прикасаться к жизни Соры, хотя Тэён меня об этом и не просил. Он ненавидит меня за это. Я не был с ней тогда, когда ей было страшно, отказался от неё, когда был больше всего нужен.
– Из-за чего она ушла?
– Я узнал о её смерти ночью, мне позвонил кто-то из коллег тогда. Когда я приехал по адресу, то нашёл бездыханное тело посреди огромного полузаброшенного дома и склонившегося юношу, который так и не поднял голову ни спустя час, ни спустя два. Не знаю, плакал ли тогда Тэён, у меня даже не было сил заглянуть ему в глаза… – Юнхо замолчал на секунду и, набрав в грудь побольше воздуха, продолжил: – У неё было отторжение. При отторжении у тебя начинает в период прилива идти кровь через рот, она может как просто выходить, так и болезненно откашливаться.
Нарим крупно вздрогнула и подхватилась с места. Глаза налились испугом, а дыхание начало колебаться. Сердце словно сдавило со всех сторон.
– Кровь? – дрожащим голосом переспросила она.
– Когда пошло отторжение, процесс необратим, приступы будут всё сильнее, а потом организм просто не выдержит…
– Это значит – смерть? – прошептала девушка.
Юнхо коротко кивнул и опустил голову. По щекам Нарим покатились неконтролируемые слёзы, девушка развернулась в сторону выхода и спешным шагом направилась к двери. Шаг сменился на бег. Тэён…
***
Тэён провёл подушечками пальцев вниз по шее и нервно сглотнул. Отражение в настенном зеркале пугало, глаза почему-то горели испугом, а сердце нещадно колотилось о стенки грудной клетки. Парень пытался ровно дышать, он выходил из ванной комнаты, ноги его заплетались, он всем нутром своим чувствовал что-то неладное, но не понимал, что творится.
– Как думаешь, сколько мне осталось? – пробормотал юноша пустоте и, подойдя к деревянному письменному столу, сел на компьютерный стул, уставившись на найденную недавно Нарим фотографию. На него с фото смотрела прекрасная улыбающаяся девушка, её лицо совсем не портила худоба, она даже делала её уникальной, ведь поставь Сору на фоне других людей, она будет разительно отличаться, и не только ярким цветом волос и грубым макияжем. – Когда-то хотел последовать за тобой, но сейчас всё иначе… Так не хочется умирать, знаешь? Она ведь не справится без меня… Я бы хотел всё изменить, но не знаю как. Дай мне хотя бы знак, – растерянно улыбнулся Тэён фотографии и прокрутился на стуле, развернувшись в противоположную от стола сторону. Большие кофейные глаза, почти не моргая, смотрели на дверь.
***
Дверь в кабинет захлопнулась, а Юнхо тяжело выдохнул. Помещение погрузилось в тишину, и лишь где-то возле окна послышалось шуршание. Мужчина развернулся в сторону шума, лицо озарил яркий солнечный свет, а уголки губ еле заметно приподнялись в улыбке.
– Ты напугал её, – пробормотал со стороны окна женский голос, и штора с левой стороны начала отодвигаться, высвобождая из своих плотных объятий сперва одну тонкую бледную руку, а затем и вторую. – Я аж растрогалась от твоего рассказа. Но мог бы хоть слова подобрать помягче, она ведь знает, что у Тэёна тоже отторжение. Мы оба знаем, куда она так быстро побежала…
– Я не умею рассказывать мягче, плохо у меня с подбиранием слов, – проворчал себе под нос мужчина, полностью отодвинув штору.
Перед ним стояла худощавая девушка в коротком голубом платье. Лицо её с тех пор было почти невозможно узнать без яркого макияжа, на нём не было ни грамма косметики, а от некогда зелёных волос остались лишь сильно выцветшие салатовые кончики поверх натуральных тёмных прядей, собранных в высокий хвост.
– Удивительно, как ты стал психиатром, – усмехнулась девушка. – Грубый и бестактный.