– Мин Юнхо «лечил» её.
Девушка напряглась всем телом и судорожно набрала воздуха в грудь. Вот он – тот самый пациент, которого лечил её новый доктор.
– Это случилось за два месяца до того, как я встретил на улице тебя. Это был самый долгий диапазон между приливами, – Тэён сжал челюсть и прикрыл лицо ладонями. – Словно злой рок… Я всё это время ждал прилива, чтобы поскорее со всем покончить и уйти под воду, но промучился так долго… Я чувствовал лишь страх, отчаяние и сожаление. Разве не жестоко? Однако через какое-то время наступил период принятия, я переосмыслил всё. Она бы не хотела видеть меня таким, ей было бы больно знать, что я желаю себе смерти, сижу в четырёх стенах и плюю на свою жизнь. Прилива всё не случалось, а я уж было подумал, что они закончились с её уходом… Я пообещал себе не сдаваться и сделать всё, о чём когда-то мечтал, всё, что запланировал, чтобы, если вдруг прилив всё-таки настанет, я был готов уйти с гордо поднятой головой и спокойным сердцем. За оставшийся мне месяц я сделал столько, сколько за всю свою жизнь не делал, последним самым значимым была лишь запись моей песни, ею я грезил ещё со школьных времён…
Лицо Тэёна озарила яркая улыбка, парень убрал руки от лица и посмотрел на тускнеющий свет от закатного солнца, пробивающийся через плотную ткань белых штор, зрачки налились бликами, сердце теплом отозвалось в груди, он словно видел её, видел, как она смотрит на него в ответ, как улыбается и ласково гладит по головке со своим извечным «Ты такой молодец, Тэён-и». Он молодец. Он не сдался и теперь, наверное, не сдастся никогда.
Губа, кажется, снова лопнула, потому что на подбородок сползла горячая капелька, ощутить которую Тэёну не составило никакого труда.
– Нарим, я тебя сейчас, наверное, не обрадую… Ты рано убрала спирт.
– Ты серьёзно? – взвыла девушка, поднявшись с места. Нарим плюхнулась рядом на диван и обречённо опустила вниз голову. Снова обрабатывать.
– Извини, – ещё пуще прежнего растянулись в улыбке губы парня, и на подбородок скатилась вторая капелька.
– Прекрати так делать сейчас же!
[Я люблю просто так, за то, что ты есть в моей жизни, за то, что рядом, за то, что со мной. Разве нужно мне что-то большее?]
Глава 16
Мин Юнхо как-то слишком дёрганно поднял голову вверх и неестественно улыбнулся. Нарим прошла вглубь кабинета и села на своё привычное место. Психиатр держал медкарту девушки вверх ногами и, кажется, совсем этого не замечал.
– У Вас всё хорошо? – взволнованно поинтересовалась рыжеволосая.
– Ничего, просто не с той ноги встал.
Мужчина обеспокоенно взглянул в сторону наполовину зашторенного окна и выпустил воздух через нос, уже окончательно вернув всё своё внимание пациентке.
– Ну, как прошла неделя? – поинтересовался доктор.
– Тэён мне рассказал кое-что, я бы хотела знать больше, – пробормотала девушка, а Юнхо мелко вздрогнул, взглянув в крайне любопытные и сосредоточенные глаза напротив. – Девушка по имени Сора.
– И что же ты хочешь знать?
– Тэён утверждает, что это Вы виновны в её смерти, – осторожным, тихим голосом сообщила Нарим, поймав взглядом усмешку Юнхо.
– Он так считает, знаю, – неловко впустил пальцы в тёмные волосы психиатр, опершись локтями о стол. В голову одно за другим влетали воспоминания.
– Но это не так? Расскажите. Мне кажется, в этой истории знаю меньше всех именно я… Прошу Вас.
– На кроющиеся в твоей голове вопросы эта история не ответит, – помотал головой мужчина, получив в ответ на свои слова лишь решительный взгляд и безграничную уверенность. Юнхо приподнял уголки губ в улыбке и опустил взгляд на деревянную поверхность стола. – Это было четыре года назад. Она тогда пришла ко мне точно так же, как ты к доктору Ким Ханджуну…
flashback
– Я не больна, – скрестила девушка руки под грудью, и Юнхо немножечко обомлел.
Мужчина поднял непонимающий, полный раздражения взгляд на девушку и хорошенько её осмотрел. Короткие изумрудные волосы красиво спадали по контурам худого лица, обрамляя то, делая и без того хорошо выделенные скулы ещё более рельефными. Девушка вела себя как проблемный подросток, хотя Мин прекрасно осознавал, что какой из неё подросток в её двадцать семь лет? Однако вызывающий цвет волос и странная манера ярко красить худощавое лицо всеми оттенками чёрного говорили об обратном, да и не дал бы Юнхо этой особе больше шестнадцати, он-то, в принципе, и сам, при практически таком же возрасте, выглядел не старше девушки.
– Тогда, я извиняюсь, если Вы не больны, нафиг приходить было? – сквозь зубы процедил доктор. Не слишком корректно и вежливо, но по-другому почему-то не получилось, ведь действительно, зачем приходить ко врачу и высказывать ему, что ты в его услугах не нуждаешься, когда Юнхо бы просто мог в это время принять кого-то другого или передохнуть полчасика.
– Родственники заставили.
– Ваша вина, что Вы в двадцать семь зависите от родственников. Иначе бы не пришли ко мне.
– Не Ваше дело, – раздражённо фыркнула Сора, и пыл психиатра немного утих, ведь действительно, не его дело.
– Хорошо, по какой причине они Вас заставили прийти сюда?