Все выглянули вперёд. Уже совсем близко располагалась небольшая деревенька, редкие и тусклые огни которой встречали путников. Все быстро забрались на своих лошадей, но у Эмили этого так и не получалось сделать. Только она хотела позвать на помощь Риэль, уже запрыгнувшую на свою лошадь впереди Эмили, как магистр Танталиил сам подошёл и помог ей забраться на Лайта. Но Лайт почему-то не выдержал её веса и подкосился.
– Эй, что с т-т-тобой, м-м-малыш? ― простучала зубами она, а её верный друг лишь грустно посмотрел на свою хозяйку.
– Так, похоже, дело плохо… ― сообщил Танталиил. ― Осмотрим его уже в деревне.
– Что случилось? ― поинтересовалась Риэль, уже тронувшаяся с места.
– Л-л-лайт…
– Похоже, у него обморожение… ― перебил Эмили учитель, ― но с этим разберёмся уже в деревне. Сейчас каждая секунда дорога. Поедешь со мной, скорее запрыгивай. Магистр Хэдикош всё равно едет на одной из лошадей мастера Кэмдиброга.
Он помог ей забраться на своего скакуна, и все путники быстро добрались до деревни. Вот только воображали они её совершенно другой, чем она является на самом деле… Никакого огораживающего забора не было, а сама деревня представляла собой довольно унылое зрелище. Лишь редкие, полуразваленные жилища, которые сложно было назвать домами, но всё же это были именно жилые сооружения, судя по зажжённому в них свету и запрещающим знакам, встречающимся на каждом шагу. Эти дома окружали редкие голые деревья и перегнутые старые фонари, украшенные странными отпугивающими украшениями из костей и слабо освещающие путь. Каждая деталь словно гласила: «Убирайся прочь, чужеземец!»
У самого хлипкого домика стояла довольно сумасшедшего вида женщина с всклокоченными рыжими волосами, сальные локоны которых кое-как были убраны за остроконечные эльфийские уши. Она опиралась на старую трость и смотрела прямо на путников, обнажая жёлтые перекошенные зубы в широкой улыбке. Возможно, она хотела произвести этим жестом приятное впечатление, но добилась абсолютно обратного эффекта.
– Итак, ― обратилась она к путешественникам, вскинув руки, ― добро пожаловать в деревню Шермь!
Судя по всему, она уже давно их ожидала. Голос же её был хоть и несколько скрипуч, но всё равно довольно приятен, вопреки отталкивающей, устрашающей внешности.
– Здравствуй, милая Баррильда! ― радостно воскликнул Алантай и кинулся обнимать женщину. ― Итак! Это и есть Баррильда ― слепая местная ведьма и моя старая подруга. Примешь погостить усталых промёрзших до костей путников?
– Ох, конечно, милый Алантай! Давненько жду вас в гости.
– Откуда ты… ах опять эти твои ведьмовские штучки. Вечно всё знает наперёд! Очень скучал по тебе. А ты всё не меняешься, словно время и не властно над тобой. Все такая же сумасшедшая.
– А ты мой друг изрядно потрепался, хоть и седины не посеребрили локоны твои.
– И, как всегда, честна, и говоришь всё прямо в лоб. Всегда это нравилось в тебе!
– Ну вы так и будете обмениваться любезностями, ― вмешался Кэмдиброг, ― или всё же впустите нас, до того как мы в сосульки превратимся?
– О, а это, наверное, тот самый Кэмдиброг?
– Да, но, позволь, представлю тебе всех.
– О нет. Не стоит, милый Алантай. Твои друзья замёрзли и устали, им хочется скорей тепла. Так не будем тянуть время! К тому же я и сама прекрасно знаю, кто есть кто. Причём даже лучше, чем они сами. Ну же, милости прошу в мою скромную обитель! Мой дом ― ваш дом. Лошадей же прошу оставить снаружи, на привязи в том хлеву. А ты, ― она указала своим кривым пальцем на Эмили,― подожди меня здесь со своим конём. Ему же нужна помощь?
– Да! Спасибо!
Все пошли отводить своих лошадей в конюшню, но Танталиил не двинулся с места. Он решил остаться с Эмили.
– А вы что же стоите? ― спросила у него ведьма.
– Алантай, ты уверен, что ей можно доверять?
– Уверен-уверен! ― отозвался картовед у порога в конюшню. ― Теперь она заслуживает доверия!
Танталиил пристально посмотрел на ведьму и всё же ушёл. Несколько секунд спустя, когда все скрылись в конюшне, женщина поманила Эмили за собой. Странно, но ей тут же заметно потеплело. Баррильда уверенно обходила дом, практически не пользуясь своей тростью, и девушка никак не могла поверить в то, что она на самом деле слепая. «Хм, ― размышляла она, ― может, «слепая» ― это просто её прозвище…»
– Итак, ― тихо начала загадочным тоном ведьма, ― твоё имя Эмили, ― это был скорее не вопрос, а утверждение, и девушка даже не знала, отвечать ли что-либо на это, и потому просто промолчала. ― Ах, какая кожа! Белей белого снега! Девочка-альбинос с таким печальным прошлым… Ох, сколько горестей выпадало на твою долю!
– Вы знаете о моем прошлом? И… вы видите меня?
– Конечно! Видишь ли, я не совсем слепая. Напротив, я зрячей многих. Я, знаешь ли, ведьма. Думала, это бросается в глаза. Хоть и не вижу того, что окружает так, как видят это все, но постоянно вижу сменяющие друг друга картинки, лица, имена, прошлое, настоящее, будущее. ― Она быстро защёлкала пальцами. ― Вот так быстро мерцают видения в моей голове, что уследить за ними очень сложно. Но когда всю жизнь живёшь с таким сумасшедшим домом в голове, начинаешь привыкать, и кое-что все же прочесть удаётся. И о тебе я успела прочитать. И вот что я хочу у тебя спросить… Что же привело тебя в этот мир?
– Что?
– Ага… Понятно… ― таинственно проговорила старуха, и они подошли к полуразваленному сараю.