— Татум, ты несерьезно. Это дом отдыха. Здесь нет ничего для тебя.
Я указала в сторону коттеджа. — Там есть студия, где могу заниматься. Я могу брать онлайн уроки на неделе, а на выходных ездить в город и преподавать танцы. Я чувствую себя здесь как дома. Лучше выпью кофе на балконе и посмотрю, как накатывают волны, чем буду завтракать в Аллее павлинов и проведу остаток дня, покупая туфли, которые никогда не надену. Я останусь в гостевом доме, если так будет проще. — Вздохнула. — Просто хочу остаться. — Мой разум здесь спокоен.
После молчания, которое показалось вечностью, она глубоко вдохнула. — Хорошо. — Она выпустила дыхание. — Поговорю с твоим отцом.
Я подняла брови. — Правда?
— Да. Правда. — Ее выражение лица было строгим, но забавным.
Мое сердце было готово взорваться. Я обхватила ее обеими руками и сжала так крепко, как только могла. Затем поцеловала ее в щеку, сильно и неаккуратно, оставив ярко-красный след помады на ее очерченной скуле.
— Спасибо тебе. Мама. Клянусь, ты не пожалеешь об этом.
— Мы еще не сказали «да».
Нет. Но они бы сказали. Они должны были.
Я не думала, что переживу последние два года и была уверена, что не переживу боль от потери лучшей подруги и чувство вины от осознания того, что я могла бы спасти ее. Я думала, что позволю своему гневу поглотить меня. Но это не так. Я была здесь. Я справилась. И теперь у меня был план.
Мне надоело выживать.
Я была готов снова начать жить, готова сделать этот шаг.
Я была готов к полету.
Будущее позаботится о себе само. Сейчас же я наслаждалась моментом — начиная с завершения разговора, который Брэди начал до того, как его прервал мой брат.
Я нашла его в стороне от толпы, смотрящим на воду и потягивающим бутылку Shiner Bock.
— Надеюсь, мой отец не был слишком большим любителем побаловаться, — сказала я с небольшой улыбкой.
Он усмехнулся. — Он просто спросил, что должен сделать парень, чтобы получить билеты на Супербоул.
— Супербоул, да? Звучит серьезно.
Он сделал глоток своего пива. — Могу стоять здесь и утомлять тебя разговорами о футболе до конца вечера, или ты можешь просто пойти вперед и согласиться пойти со мной на ужин.
Выдохнула длинный воздух через сжатые губы. — Парень, это сложный вопрос. — Я притворно засомневалась, затем улыбнулась. — Ужин будет.
Да, я определенно жила моментом.
Месяц спустя я вошла в свою танцевальную студию в городе и включила свет. Моя танцевальная студия. Боже, как хорошо.
Я встречалась с хорошим парнем. Мои родители разрешили мне переехать в дом Хэмптонов. Отец подарил мне эту студию. И я уже несколько недель не просыпалась в слезах из-за Лирик. Жизнь была хороша.
А потом я увидела это.
Посреди пола стояла белая прямоугольная коробка с ярко-красной лентой.
Мое сердцебиение замедлилось.
Не может быть, чтобы это был еще один из подарков Каспиана. Ни у кого не было доступа в эту студию, кроме меня и моих родителей. Может быть, это подарок от родителей.
Я бросила ключи на стол у двери и взяла коробку. Лента легко соскользнула, когда я потянула за нее, затем подняла крышку коробки и сняла слой белой папиросной бумаги.
Под бумагой оказался толстый фаллоимитатор телесного цвета в прозрачной упаковке с надписью «Клонировать член».
Это явно было не от моих родителей.