– Заходи, братан. Ты первый раз на полигоне? Здесь у нас, знаешь, коммуна. Можешь зайти в любую комнату, и везде нальют, – засмеялся один парень, – кстати, Андрей.
– Юра, – ответил Константинов и поздоровался со всеми за руку.
В это время дверь открылась, и в комнату вошла знакомая Надюха.
– Во, не успели приехать, уже к Андрюхе на огонёк, – весело произнесла она, усаживаясь на кровать, – а жену куда дел?
– Она пытается заснуть в соседнем номере, – начал объяснять Юра, – я зашёл попросить музыку потише сделать.
– И что же ты, молодой, красивый, со своим самоваром? – томно произнесла одна из девушек, она была уже слегка пьяна.
– Валюша, губу закатай. Они из Москвы, из института. Жить будут в «Факеле», – оборвала её Надюха, – лучше налейте парню.
Несмотря на то, что пить Юра совершенно не хотел и не собирался, полстакана водки выпил. Как-то неудобно было сразу отказываться и уходить, да и компания была интересная. Он примостился на краешке кровати возле Надюхи, которая немного подвинулась и развернулась к нему так, что её груди упёрлись ему в плечо. По телу пробежала волна дрожи.
– Василий, ты ведь должен был сегодня уехать? – вдруг спросила Надюха, – в твоей комнате молодожёнов поселили.
– Это с какого перепугу, а где я буду ночевать?
– Не переживай, они только до утра. Всё равно спать не пойдёшь, будете пить до утра. Я Вас знаю.
Налили ещё по одной. Разговоры пошли про изделие, которое никак не хотело нормально собираться. То одно мешает, то другое.
– Ну всё, мужики напились, за работу заговорили, – сказала Валя и начала подниматься, – пойду спать.
Юра встал с кровати, чтобы пропустить её и тоже выйти. За столом шумели всё громче и громче, и никто не обращал на него внимания и только Надюха спросила: «К молодой жене под бочок? Если будет бессонница, заходи. Мы не расходимся».
Юра тихонько вошёл в свою комнату, надеясь, что Люда спит.
– Явился, – услышал он её недовольный голос, – что-то долго ты магнитофон выключал. С девушками познакомился, водки напился.
Юра решил не отвечать. Повернулся к стене, через которую было очень хорошо слышно, что происходило в соседней комнате, и быстро заснул.
Утром, выпив чая и перекусив холодной курицей, Константиновы собрались идти искать свою гостиницу. Вышли с чемоданами в коридор, расспросили Тамару Васильевну, как найти «Факел», и только собрались выходить на улицу, как к ним подошла знакомая Надюха.
– Привет. Вы уже собрались уходить? Там такой мороз, – весело заговорила она.
– Привет. Пойдём искать свою гостиницу, – как-то смущённо проговорил Юра.
– Это «Факел», что ли? Не советую. Без проводника не найдёте. У нас в посёлке такая путаница с домами, просто жуть. Строили как попало, ни улиц, ни порядка.
– Ну ничего, найдём как-нибудь, нам Тамара Васильевна объяснила, – сказала Люда.
– Ничего Вы не найдёте, замёрзнете только. Погодите, я сейчас оденусь, провожу Вас. Мне всё равно пора на сборочный. Это почти по пути. Посидите пока. Я мигом, – весело протараторила Надюха и убежала.
– Ты уже знакомыми девушками обзавёлся, – как-то недобро проговорила Люда, присаживаясь на диван.
– Это Надя, вчера ты её видела, – как бы оправдываясь, сказал Юра.
Через несколько минут Надя вышла из комнаты. Её было не узнать. Лохматая шапка с опущенными «ушами», солдатский бушлат, ватные штаны и валенки. Поймав на себе удивлённый взгляд Людмилы, она объяснила, что это самая правильная одежда для девушки зимой.
Вышли из общежития на улицу. Морозный воздух моментально сковал лицо и руки. Юра остановился, поставил чемоданы на снег, поднял воротник пальто и надел перчатки. Людмила надела их ещё в гостинице. Небо было синее-синее, ни облачка. Такого в Москве не бывает. Поддувал ветерок, правда, не сильно.
– Отличная погода, ветра почти нет, бывает похуже, – сказала Надя.
Она себя отлично чувствовала в своей экипировке. Сделав десяток поворотов между домами, а иногда проходя и через дворы, они вышли на какой-то пустырь.
– Вон, видите, три домика стоят. Правый – это «Факел», вам туда, – сказала Надя, показывая рукой, – а мне в другую сторону. Пока, ещё увидимся.