Анатомия предательства, или Четыре жизни Константинова: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я знаю. Приёмник переносной, будешь брать с собой.

Дядя Коля потянулся и сел рядом с Константиновым.

– И вот ещё, чуть не забыл, – улыбнулся дядя Коля и вытащил из кармана куртки пакет, завёрнутый в газету и перемотанный нитками. Отдал Константинову.

– Это что? – тихо спросил он, держа пакет в руке.

– Это деньги и не надо шептать, нас никто не слышит.

– От кого, за что? – вновь тихо спросил он.

– От заказчика, за работу. Здесь тысяча рублей.

– От какого заказчика? – удивился Константинов, – от Владимира Петровича?

– От того, кто нанял тебя на работу.

– Меня наняли на работу?

– Ты что, Юрий Иванович, до сих пор не понял. Ты уже работаешь. И это твоя первая зарплата. Если будешь выполнять все задания, которые получаешь, деньги я тебе буду передавать ежемесячно. По тысяче рублей, а возможно, и значительно больше.

– Я ещё не выполнил никакого задания.

– Ну как же? На встречу пришёл? Это было твоим первым заданием. Кстати, с Владимиром Петровичем ты больше отношений не имеешь, и даже если где случайно встретишь его – ты его не знаешь. Понял? Ну, вроде с делами покончили, что-то меня смаривает после обеда. Вздремну, пожалуй, полчасика, да пойдём назад. – Дядя Коля убрал всё со скатерти, сложил в корзину, скатерть встряхнул, затем расстелил снова и улёгся на неё. – Можешь тоже полежать, очень приятно после обеда вздремнуть на свежем воздухе.

– Да нет, спасибо, я прогуляюсь, – ответил Константинов и положил пакет с деньгами себе во внутренний карман куртки.

– Чувствую я, Юрий Иванович, что ты недоволен чем-то. Кстати, ты можешь передумать, ещё есть время, пока мы не расстались, вернёшь мне термос и можешь идти на все четыре стороны.

– А деньги? – спросил Константинов и понял, насколько глупо прозвучал его вопрос.

– А деньги твои, задание выполнил – получил, – улыбнулся дядя Коля, – ладно, я вздремну, а ты погуляй, подумай.

Он закрыл глаза, а Константинов поднялся, размял затёкшие ноги и не спеша пошёл в сторону тропинки. У него появилось желание быстренько выйти из леса и бегом до платформы. А там на первую электричку и куда глаза глядят. Но он почувствовал в кармане толстую пачку с деньгами и остановился. Тысяча рублей – деньги немалые. Зарплата старшего научного сотрудника, которую он получал, была триста двадцать рублей, это со всеми надбавками, а здесь в три раза больше. Интересно, что они хотят от него? Дядя Коля сказал, что в инструкции всё написано. Почитать бы её сейчас, но она лежит в термосе на лужайке. Хотя и так понятно. Их интересует его работа в институте. Но у него есть информация только по системе, которой они занимаются в лаборатории. И по одной системе понять работу всего изделия невозможно. И если даже предположить, что они с его помощью получат информацию по этой системе, это ничего не даст. А по изделию он ничего сказать не может. Даже примерно. Ну, знает его назначение и какие-то характеристики, но это мелочи. А система – это его детище, он её выстрадал с момента зарождения идеи и до воплощения в железе. Хотя начальник лаборатории, его шеф, приписывает эту идею себе. Этот выскочка, Анатолий Васильевич. Как-то он умудрился занять место начальника лаборатории, хотя Константинов метил на него давно. Ведь он был правой рукой Леонида Парфёновича, пока не появился в лаборатории этот Анатолий. Он был моложе и опыта у него меньше, чем у Константинова. Но как-то незаметно он стал лидером. И уже через полгода сотрудники лаборатории стали чаще советоваться с ним, а не, как раньше, с Константиновым. Леонид Парфёнович тоже стал чаще вызывать к себе Анатолия, чтобы что-то решить. И если до этого Константинов считался негласным заместителем начальника, то теперь эта роль потихоньку перешла к Анатолию. Почему это произошло, Константинов понять не мог. Несомненно, Анатолий был очень грамотным специалистом, все возникающие вопросы он решал правильно и как-то лихо. Константинов тоже всё делал хорошо и правильно. Но ему нужно было всё продумать, не спеша взвесить, и только потом он выдавал решение. Через год все сотрудники лаборатории, особенно её женская часть, смотрели в рот Анатолию, и когда Леонид Парфёнович ушёл на пенсию, начальником лаборатории, естественно, назначили его. Это был сильный удар по самолюбию Константинова, он даже хотел уволиться. Но затем, трезво рассудив, понял, что идти-то некуда, остался и незаметно для себя стал искать возможность подставить подножку Анатолию. И вот теперь такой шанс представился. Хотя если он будет выносить секреты из лаборатории, то как это может ударить по Анатолию, он не понимал. Но тысяча рублей в месяц – это серьёзные деньги, такие не снились даже начальнику лаборатории. Причём его триста двадцать рублей он также будет получать каждый месяц в кассе института. Хоть в чём-то он будет первый. О том, что это измена Родине, шпионаж, Константинов не думал. Предложили поработать на заказчика ему, а не Анатолию. Значит, он в чём-то лучше Анатолия? А кто такой этот заказчик? Какая разница. Он платит деньги за работу, которую может сделать только Константинов. Не успев дойти до тропинки, он внутренне был уже согласен поработать за тысячу рублей в месяц.

Вернулся на лужайку. Подошёл и сел на траву. Дядя Коля открыл глаза, потянулся и поднялся на ноги. Как заметил Константинов, дядя Коля был достаточно подвижен и силён. Невысокого роста, плотный. Под курткой была заметна хорошая мускулатура. И рука очень крепкая, на это обратил внимание Константинов, ещё когда здоровался с ним. Волосы стрижены под «бобрик». Глаза очень цепкие, когда он смотрел на него, сразу хотелось отвести взгляд.

– Ну вот и славненько, вот и хорошо. Что, Юрий Иванович, пора домой?

– Да, пожалуй, – спокойно ответил Константинов.

– Чувствую по голосу, что ты определился? И правильно. Только забыл тебя предупредить, не нужно никаких фокусов. Ты понимаешь, о чём я?

– Понимаю, не маленький.

– Молодец, что понимаешь. Работать насильно тебя никто не заставит. Не захочешь, скажешь мне. Сделаем расчёт. – Дядя Коля рассмеялся каким-то недобрым смехом.

Они быстренько собрались. К себе в корзину Константинов положил цветастый термос дяди Коли и укрыл его полотенцем, а его, простенький, пластмассовый, производства Калужского завода, дядя Коля положил к себе. Затем они бодрым шагом, молча вернулись на платформу «Сходня», сели в прибывшую электричку и поехали в Москву.

С этого дня Константинов Юрий Иванович стал предателем Родины.

1.3. ТРОФИМЫЧ

Видимо, он долго сидел неподвижно, потому что затекли спина и ноги. Константинов отодвинулся от холодной стены, а затем слез со шконки. Прошёлся по камере, чтобы размять затёкшие ноги. Камера была достаточно просторной. Четыре шага от шконки до умывальника с унитазом и пять шагов от двери до стола. Примерно двадцать квадратных метров. Пол кафельный, как в бане. Стены просто грубо оштукатурены. В дальнем углу был умывальник и унитаз, отгороженный от камеры небольшим простенком. Его шконка, на которой он спал, была сделана из оструганных досок, шириной сантиметров шестьдесят или семьдесят. На ней был полосатый матрац, маленькая полупустая подушка и солдатское тёмно-синее одеяло. Постели не было. Сколько арестованных спало на этом матраце и укрывалось этим одеялом, Константинов не знал. Поначалу ему было очень брезгливо ложиться на неё, но постепенно он привык, как привык ко всему тюремному быту. Спал не раздеваясь. Под окном, в которое никогда не заглядывало солнце, стоял простой деревянный стол и такая же деревянная табуретка. Всё прикреплено к полу – с места не сдвинуть. Воздух был душен, камера не проветривалась. Стоял стойкий запах мочи и хлорки, которой раз в неделю обрабатывался унитаз. Это была его камера, и очень не хотелось бы менять её на другую, о чём ему сказал Трофимыч. За полгода он уже привык к ней.

***

Первую неделю чуть не сошёл с ума. Это был шок. Когда его, упирающегося, истерящего, впихнули в камеру, предварительно хорошенько ударив по почкам, он упал на пол. Пролежал так почти всю ночь. Он задыхался от душивших его слёз, которые размазывал по лицу. Ему казалось, что сейчас он просто умрёт, так всё было ужасно.