Клэрис чмокнула Уильяма в ухо: «Ну, зайка, давай поедем. Мне на местной толкучке – так надоело! Пожалуйста, а… Наш Дэйви ещё не был на шоссе Беамонт!»
Она сказала «шоссе Беамонт» как до Обвала говорили: «Диснейлэнд» или «Шесть Флагов над Техасом». Ну да, имеет в виду этот маленький Луна-Парк. Есть даже карусель с лошадками и электрические автомобильчики, на которых не только можно, но и нужно врезаться друг в друга. Хозяину приходилось запускать генератор на заднем дворе, но даже дорогой бензин позволял ему оставаться с прибылью. Дети есть дети. Даже если дети уже выросли и ходят с беременным пузом, как та же Клэрис.
До Обвала в жизни было куда больше развлечений. В выходные, Марк и Мэри не любили сидеть дома и возили Уильяма и Майка по всему штату! Центр космонавтики NASA, тридцать пять миль. Музейный квартал Хьюстона, двадцать. Водный парк «Шлиттербан» в Галвестоне, пятьдесят. И даже тот, знаменитый, громадный, «Шлиттербан» в Нью-Браунфелс[27], и все достопримечательности Сан-Антонио, сто девяносто миль от дома! Прокатиться с ветерком на другой конец мегаполиса было так удобно и просто, исключая непрерывное: «А когда мы приедем?» с детских сидений сзади. Да и поездка через пол-Техаса, с остановкой на ночь в хорошем мотеле, – совсем несложное предприятие. Если у вас есть автомобиль и полный бак бензина, любые чудеса возможны.
А теперь, план путешествия маленького Дэйви выглядел просто: проехаться на грузовом велике до местной свалки, побродить по шумной бирже труда, поприсутствовать на скучных похоронах. Нет худа без добра: добровольцы дадут салют из винтовок. Потом Дэйви с отцом станут собирать пожертвования, – из салуна в салун и из бара в бар. Наконец, мама ткнёт пальцем: смотри, Дэйви, а вот – «Луна-Парк»! Они купят билеты на карусель. Маленький Дэйви подождёт в длинной очереди. А дождавшись, – уцепится за гриву фиберглассового пони, круг за кругом, в блеске тысяч цветных лампочек. Ему понравится карусель. Все три с половиной минуты удовольствия!
«Пупсик, ты меня уговорила.» — согласился Уильям: «К сожалению, придётся сегодня пропустить показ «Беглеца» по «SRTV». С Харрисоном Фордом и Томми Ли Джонсом! Я так люблю тот эпизод, где Депьюти Герард сносит мозги у мужика и говорит: а я – не торгуюсь!»
«Ты этот фильм, зайка, смотрел примерно раз двести.» — сказала Клэрис и поцеловала мужа снова, теперь – в губы.
«Но не с моей новой матрицей, пупсик.» — улыбнулся Уильям, возвращая жене поцелуй. «Новая матрица» – одна из недавних шуток. Утверждается, что зрение в левом глазу дотягивает до четырёхсот точек, то есть четыре десятитысячных мегапикселя.
«Я приготовлю твою униформу и медаль.» — сказала Клэрис.
Последовала пятиминутная задержка. Если Клэрис начинала поцелуи, отцепиться от Уильяма – не могла физически. Наконец, она отлепилась от мужа и отправилась к соседке миссис Конг, – одолжить утюг. Изобретение местного кузнеца: берём старый электроутюг, выкидываем всю начинку и привинчиваем железный ящичек для углей.
Выехали из дома в шесть: Марк – на служебном велосипеде, а все остальные – на грузовом трицикле Майка. Около мили Майк изо всех сил налегал на педали, стараясь не отстать, но сдался и крикнул отцу, чтобы тот не ждал. Следователь свернул на шоссе К.Э.Кинга.
Наскоро заглянув в Участок, Марк отправился в ТШГ. Вместе с Кимом, провели ещё одно утро, проверяя адреса возможных Хобсонов, на этот раз – на западной стороне трущоб. Телефон запищал в начале второго – «добровольная помощница телевидения» принесла видео с похорон. Следователь помчался в Участок, – сегодняшний поиск оказался таким же бесплодным, оттого Марк возлагал большие надежды на видео.
В комнате для совещаний Том представил Марку добровольного агента – девушку лет шестнадцати. Типичная работница Кучи: босиком, в армейских брюках, изодранной футболке и с широкополой соломенной шляпой за спиной. Уши проколоты в десяти местах и украшены впечатляющей коллекцией серёжек в разных стилях. Массивное ожерелье на шее и браслеты на левом запястье и правой лодыжке – изготовлены из разноцветных кубиков «Лего». Замысловатая татуировка началась на шее девушки, плавно перетекая на щёку: змеиные головы, растущие на ветке с листьями и цветами – странный гибрид, наполовину Гидра, наполовину растение. Изящная головка Гидры на щеке – ещё не вполне закончена: выколоты лишь чёрный контур и ромбовидный глаз.
— Алис – наша соседка, — сказал Том, — Сейчас пока без работы и ходит на Подёнку по утрам, – никаких подозрений. А видео – отлично знают на «SRTV»…
— Ты врунишка, Том. — Алис покрутила браслетом, — «SRTV» использовала моё видео всего-то один раз!
— Ты действительно на свалке, или это маскарад? — спросил Марк, пожимая руку девушки.
— Профессиональная мусорщица, — ответила она. Рукопожатие уверенное и твёрдое, почти как у мужчины, — С двенадцати лет на Куче.
Алис указала в угол комнаты. Марк увидел потасканную корзину с инструментами для свалки: железный крючок на четырёх-футовой [прибл. 120 см] бамбуковой ручке, щуп с наконечником из длинного гвоздя и «мусорные лыжи» – деревянные планки длиной примерно с ярд [прибл. 90 см], с верёвочками под большой палец, как у шлёпанцев-«вьетнамок». Такие лыжи сортировщики мусора надевают, чтобы не проваливаться.
Том вставил карту памяти из видеокамеры в ноутбук.
— Мы поставили камеру на повышенный ISO и выдержку один – двести, чтобы каждый кадр получился резким, насколько возможно, — объяснил эксперт. На стенной ЖК-панели высветилось видео.
— Я пришла за сорок минут до церемонии, как Том и просил, — кивнула Алис, — А вот – местная конкурентка, — она указала на экран.
В кадре появилась другая девушка с видеокамерой в руках.
— Она спросила, нафига я снимаю новости на чужой территории. Я соврала: работаю для «Пути Спасения»…
Такое предусмотрели: старший офицер Тодд мог подтвердить, что заказал Алис короткий ролик для благотворительной акции.
Как Марк и просил Тодда, перед часовней не выставили фотографий жертв. Несколько подправленные посмертные фото находились внутри, рядом с закрытыми гробами. Если кто-то присутствовал на церемонии лишь затем, чтобы узнать личности погибших, он должен пройти через двери часовни.
Первыми появились добровольцы – могильщики, в несколько запачканных глиной брюках и обуви. Затем прибыли восемь мужчин в униформе «Пути Спасения»: минимальный оркестр и почётный караул с винтовками. Пять оркестрантов выстроилась у входа и принялись играть мелодию, отдалённо напоминающую похоронный марш. Поснимав снаружи некоторое время, Алис прошла заняла позицию вблизи подиума, рядом с гробами. Весь зал, с аккуратными рядами скамей, и входная дверь – отлично поместились в кадре.
— В тебе пропадает талант видео-оператора, Алис, — похвалил Алан, — Ты зря тратишь время на свалке дороги Маккарти.
Алис улыбнулась, — Если бы мне кто платил за съёмку видео, не ходила бы перебирать мусор на Куче! Смотрите, вот это – необычно для похорон…
Трансфокатор камеры увеличил изображение. Марк заметил в пятом ряду Клэрис, с маленьким Дэйви на коленях и Уильяма, в отглаженной униформе и с начищенной медалью на груди.
— Вот! — Алис ткнула пальцем в экран, — девушка в ярко-красной тунике.
На экране, амер-азиатка лет двадцати пяти медленно прошла к подиуму. Остановилась, недолго разглядывала фотографии убитых. Затем – побродила по часовне, будто не могла решить, уйти ли ей немедленно или подождать, и наконец уселась на последнюю скамью, рядом с выходом.