Нетелефонные разговоры с учительницей физики: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наведем уже, какую-никакую систематизацию процессам навязывания воли. Явное прямое навязывание воли происходит при осознании этого обоими супругами или при публичном (в качестве публики хватит мужа или жены, когда есть еще кто-то, ситуация может существенно осложниться, сами знаете) заявлении об этом одним из них. Неявное, опосредованное навязывание воли, не осознается обоими или хотя бы одним из супругов. Как видите, деление достаточно условное и туманное. Но надо же что-то взять за основу!

Прямое навязывание воли. Примеры (вот теперь, обратите внимание, пошло подробнее, но не научнее, зато с иллюстрациями):

Кто в доме хозяин?

Борьба за власть в семье – непрерывный, развивающийся конфликт, в который втягивается со временем все больше участников. Вопрос – кто в доме хозяин, кто глава семьи настолько важный и болезненный для некоторых пар (а может не для некоторых, а для многих?), что его выяснение традиционно входит даже в свадебный ритуал многих народов. Картинка с натуры. У невесты спросили:

– Кто будет главой в вашей семье?

– Конечно муж, только пусть он меня слушается.

Вот так просто и изящно решен этот вопрос! Он будет генерал, а она женой генерала. Он будет командовать армией, а она будет командовать командиром. Внешние приличия соблюдены, самолюбие мужа не страдает, а жена всегда знает, что делает. Но если что случится из рамок вон выходящее, – виноватый готов, это муж. Потому как он – глава и хозяин, ему и карты в руки (хотя их уже разыграли и козыри ушли).

Что же толкает супругов к борьбе за власть (то ли долг и ответственность перед собой и семьей, то ли самолюбие – ах, тонкие штучки и размытые границы)?

Как аргументируется сама претензия на роль главы семьи? Да очень просто:

– я мужчина, и ты должна мне подчиняться, будет все, как я скажу;

– у моих родителей (друзей, подруг) так, и у нас будет так;

– а что соседи скажут;

– я умнее и лучше знаю жизнь, я сильнее и т.д. и т.п.

Зачем власть, зачем послушание? Для определения и поддержания статуса каждого члена семьи, порядка и традиций, прав и обязанностей, для выявления тактических и стратегических целей, способов их достижения и прочего важного для всех членов семьи? Не происходит ли здесь подмены понятий авторитета родителей, необходимой иерархии в семье? Это важные и непростые вопросы. Но разговор, собственно, идет не о том, нужна ли власть вообще, а о борьбе за нее в семье. Эта борьба изматывает нервы, отнимает силы, здоровье, не дает полноценно решать основные задачи семьи и оборачивается часто семейной драмой. Пока выясняли, кто главный, не заметили, как дети выросли. И кем они выросли?

(Ох-хо-хо, надо учиться уважать и подчиняться!)

Все вперед и с песней

Лидер в семье. Если борьба за власть в семье идет по убеждению, то навязывание воли лидером осуществляется в силу его психологических особенностей. Лидер с большим трудом может побороть в себе желание быть всегда впереди, определять, куда и зачем идти, кого брать с собой, что бросить за ненадобностью. Поэтому все вперед и с песней, без рассуждений, но с благодарностью к тому, кто знает, как жить сегодня и завтра. А если в семье оба супруга лидеры, и оба знают, куда, как и зачем, то есть большая вероятность вообще не сдвинуться с места. Вместо реализации семейных целей семья погрязнет в выяснении, кто из лидеров лучше, кого надо слушаться.

(Ох-хо-хо, надо учиться сдерживать лидерские порывы и уступать!)

Ад под микроскопом

Если один из супругов по своей натуре воспитатель, то он добровольно взваливает на свои плечи «тяжелое бремя» ответственности за свою вторую половину. Поступая тем самым в соответствии с высказыванием Экзюпери: ты всегда в ответе за всех, кого приручил.

Способна ли любовь и забота испортить жизнь (чего уж тут лукавить, можно вместо слова «испортить» кое-что покруче написать) – вопрос чисто риторический.

Глобальное, всепоглощающее «внимание» способно деформировать или даже сломать (хотя это, наверное, спорно для взрослого человека) личность второго супруга, превратив его жизнь в ад под микроскопом (это уже без сомнений). Воспитатель (кто это его просит?), желая «подогнать» личность супруга (супруги) под некий эфемерный идеал, берет на себя смелость определять, что читать ему, какие фильмы смотреть, какую музыку слушать, с кем общаться, о чем думать, чего хотеть, кого любить и т.д. Вот ведь! Еще он присваивает себе право награждать и наказывать (не забалуешь!). Он постоянно следит, – не уклонился ли воспитуемый от образца? Он контролирует каждый его шаг, каждый его взгляд. Помните, как Маленький принц любил свою розу (очень люблю эту сказку Экзюпери)? Он прислушивался к ней даже тогда, когда она умолкала. Он так много ей отдал, что теперь был вправе считать розу своей. А она?

Воспитатель честно отдает себя воспитуемому, требуя в ответ любви и благодарности. Он навязывает свое восприятие мира, не испытывая угрызений совести, не уважая по сути внутренних ценностей другого человека, не замечая или принижая достоинства его личности. Причем и здесь справедливо употребить – благими намерениями вымощен ад. Конечно, благодетель и доброхот думает только о пользе, добре и любви. А объект воспитания и любви в один прекрасный момент объявляет о своей неплатежеспособности со всеми отсюда вытекающими последствиями (как часто это происходит?).

Но если идею о приручении и воспитании не доводить до абсурда, если наша первая половина мудра и тактична, тогда воспитательный процесс будет протекать незаметно, без явного навязывания воли, что уменьшит количество конфликтных ситуаций.

(Ох- хо-хо, надо учиться любить и быть милосердным!).

Опосредованное навязывание воли

(навязывают, но не очень заметно)

Манипулирование. Оба супруга, так или иначе, сознательно или бессознательно манипулируют друг другом. Сознательное манипулирование удается тому, кто хорошо изучил своего партнера по жизни и может просчитывать жизненные ситуации намного шагов вперед, как в шахматной игре. Если у одного из супругов мышление одношаговое (сильно доверчив или глуп), то он является прекрасным объектом для манипулирования, чем пользуется не только жена или муж, но и родственники, друзья, знакомые. Создание ситуации с заранее прогнозируемым выбором само по себе не является источником конфликта, однако возможна его переадресация. Проще говоря, «подстава» или «натравливание». Конфликт разгорается, но на чужой территории и манипулирующий остается в стороне или рядом, но не напротив, не в «стане врага» (и потирает руки, наверное).

Манипулирование в виде компенсации начинается тогда, когда кто-то приходит к мысли (не знаю, как он до этого догадывается), что ему задолжали по жизни. И теперь его должны любить, жалеть, «зализывать раны», компенсировать несчастное детство, недостаток образования, денег, к нему должны относиться «справедливо», терпимо, должны уделять внимание. Должны, должны и должны всего такого-разэтакого. Этот кто-то, конечно, тоже должен, и он очень много делает для этих, которые задолжали, хоть ими это не замечается. Такая позиция очень удобна. Мы-то, дескать, все делаем, что можем, а нам-то постоянно не додают. А если есть основание для претензии, то она, так или иначе, будет высказана или обозначена действиями. Любая претензия и есть, собственно, попытка навязать свою волю. А если не удалась? Эхма! Отсюда недалеко до обиды. А что есть обида? Правильно! Это эмоциональное переживание, горестный плачь по нашей неудавшейся попытке навязать свою волю.

В то же время сам обиженный прекрасный манипулятор. Виноватый, т.е. обидчик, чувствует свою вину и для компенсации готов уступить и подчиниться. Вызывая чувство вины в супруге, мы добиваемся своего, навязываем ему свою волю и выходим из конфликта (видишь, как просто?!).