– Но разве нельзя хранить секрет в городе?
– Ты слишком много вопросов задаешь.
– Мама тоже так говорит.
Неожиданно я разозлилась на Тони – впервые в жизни. В его лице и полуулыбке было что-то неприятное.
– Пойдем отсюда, хорошо? – предложила я, отступая в сторону и утягивая Луизу за собой.
Тони поднялся, отряхнул руки.
– Обещаю, я расскажу вам, почему это тайна, когда вы станете постарше. А пока ничему об этом не говорите, хорошо? Я же могу вам доверять, правда, Лайза?
Тони протянул мне руку.
Меня кинуло в жар, когда он сжал мою ладошку.
– Обещаю никому не говорить. Луиза тоже не скажет.
Тони сжал мою руку и слегка встряхнул.
– Ты хорошая девочка, – сказал он. – Я всегда это знал.
Я прикусила губу и опустила голову, чтобы он не увидел, как я краснею.
Глава 27
Тони
К августу Тони мог вздохнуть с облегчением. Работа на стройке шла хорошо. Он работал почти два месяца – настоящий рекорд. И ему удалось выбраться из Провинстауна. Но хотя он впервые в жизни работал на постоянной работе, старые привычки не отступали. Кроуки поняла, что он не собирается остепеняться и завязывать с наркотиками. Как это часто случалось, Тони воздерживался от секса с ней, предпочитая просто лежать в постели обнаженным и наслаждаться ощущением теплого тела рядом. Авис позже говорила, что он предпочитал просто спать с женщинами, потому что это избавляло его от кошмаров и мыслей о насилии. Если Тони «действительно трахал цыпочку», Авис сразу это чувствовала, потому что он сразу начинал искать в ней недостатки и придумывать способы, чтобы «избавиться от нее»[71].
Этой привычке он не изменил и с Кроуки. Сексом они занялись где-то в конце августа – и после этого быстро расстались.
Избавившись от Кроуки, Тони заполнил квартиру местными подростками. Парни и девчонки были рады найти место, где можно было пить пиво, употреблять наркотики и заниматься сексом вдали от бдительных жителей Провинстауна – в этом городе ничего нельзя было скрыть. Когда Тони или кто-то из его приятелей хотели попробовать наркотик, которого у них не было, они ехали на автобусе в Бостон, где легко можно было найти все, что угодно.
Как-то в входные компания прихватила с собой Сьюзен Перри, ту самую неуверенную в себе девушку, о которой так беспокоилась библиотекарша Элис Джозеф. Тревоги Элис оказались обоснованными. Отец Сьюзен уходил в море, а ей целый год приходилось заботиться о пятерых младших братьях и сестрах. Это ей надоело, и в июле 1968 года она бросила школу и ушла из дома. Ей не было еще и восемнадцати. Отец не пытался ее удержать. Поначалу она устроилась горничной в «Королевском кучере», но проработала там недолго. Она не отличалась покладистостью и заработала себе не лучшую репутацию. Сьюзен была готова пойти за любым парнем, лишь бы почувствовать себя желанной и любимой. Но приятели считали, что она спит с кем попало, чтобы подзаработать. Сьюзен надеялась найти в Тони желанную опору, поэтому спросила, нельзя ли ей пожить у него.
Тони она нашла на кухне, он готовил ужин – намазывал крекеры арахисовым маслом.
– Мне неудобно тебя просить, – сказала Сьюзен, глядя на Тони и пощипывая краешек крекера, – но можно у тебя немного пожить?
– Да, пожалуйста, – ответил Тони. – Только спать придется в моей постели.
Тони помолчал, потом ослепительно улыбнулся:
– Ты словно моя младшая сестренка. Оставайся здесь, с Сиром, и ты всему научишься[72].
Сьюзен была в восторге.
Позже, описывая этот разговор, Тони дал волю своему благочестивому тщеславию. Он писал, что сказал тогда Сьюзен: «Не смущайся. Многие живут для себя, но я живу для Бога и моих товарищей»[73].
Сьюзен рассказала, что сбежала из дома, хотя «отец сказал, что если она сбежит, то может больше не возвращаться». Сьюзен надеялась, что возвращаться ей и не придется. В отличие от более постоянных подружек, Тони и Сьюзен занялись сексом в первую же ночь, а потом девушка сказала подруге: «Надеюсь, теперь Тони меня полюбит».
Утром Тони ушел на работу, а Сьюзен обшарила его квартиру. Она заглянула во все ящики и шкафы, выискивая следы другой подружки. Но нашла она лишь револьвер, купленный Тони у Кори Деверо. Она аккуратно положила его назад. Она не могла понять, зачем Тони револьвер.
Глава 28
Лайза
В конце лета Тони вернулся в город, и тетя попросила его отвезти мусор из мотеля на свалку. Я постоянно была настороже. Завидев Тони, я перебежала улицу и спросила, можно ли мне поехать с ним. Луиза заснула, и я была одна. Вскоре мы уже катили через город. В дороге Тони потянулся через мои колени к зажигалке. Он зажег сигарету, улыбнулся и вручил ее мне. Я три года уговаривала, и вот теперь он сказал, что мне уже почти десять лет, и можно учиться курить. Я взяла у него сигарету, сделала глубокую затяжку, как мама, и страшно закашлялась. Меня чуть не вырвало. Тони похлопал меня по спине и засмеялся. Он забрал у меня сигарету и сунул в рот. Потом он посмотрел на меня, поймал мой взгляд на своих губах и улыбнулся.
– Я не показывал тебе самое старое надгробие на кладбище Пайн-Гроув?
[71] * Авис Коста, беседа с Лестером Алленом-старшим, 25 июля 1969 года.
[72] * Lester Allen Sr., A Shuddering of Girls, неопубликованная рукопись.
[73] * Тони Коста, Resurrection.