Нянька. Меня воспитывал серийный убийца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Когда стало по-настоящему тепло, Тони решил посадить в своем «саду» в лесу Труро близ «тропы любовников», где они с Авис когда-то занимались запретным сексом, несколько кустов марихуаны. Когда проклюнулись первые ростки, Тони стал приводить сюда своих юных друзей, которые смотрели на него с восхищением, какого Авис больше не испытывала. Кроме того, здесь он хранил запас наркотиков. Свита подростков, запас таблеток и марихуана помогали ему бороться с усиливающимся чувством неполноценности. Окружив себя юнцами, которые боготворили своего героя, он чувствовал себя сильным, уверенным и, конечно же, более умным.

В конце концов, Тони наскучило кочевать по диванам, и он постучал в дверь кабинета Джоан Беккер в «Королевском кучере», чтобы поинтересоваться насчет работы. В отличие от других, Джоан была вполне удовлетворена работой Тони. Она предложила ему полную занятость и жилье в крыле для персонала. Тем же днем Тони перебрался в небольшой деревянный коттедж на краю мотельной парковки.

Найдя жилье, Тони завалил стол в комнате книгами по криминальной психологии, буддизму, трансцендентальной медитации и психоневрозам. Он продолжал анализировать истоки своих мрачных демонов. С типичной самоуверенностью он считал, что сможет исцелиться самостоятельно. Но сколько бы книг он ни читал и ни перечитывал, покоя они ему не приносили. Он продолжал поглощать огромное количество разнообразных препаратов. Несмотря на работу в мотеле, он большую часть дня проводил на «Скамьях» или в дюнах. Желудок его превратился в котел с кислотой, он похудел на пять килограммов и теперь весил около восьмидесяти. Уретрит у него тоже так и не прошел.

Каждое утро он просыпался и приветствовал свое отражение в зеркале в ванной: «Доброе утро, чертов мир»[50]. Подобно герою уайльдовского «Портрета Дориана Грея», ему становилось все труднее смотреть в зеркало – он не узнавал себя в отражении. Он начал видеть «Его», свое зловещее альтер эго[51].

Джоан Беккер, не зная о состоянии Тони, каждое утро отправляла в коттедж своего семилетнего сына Джеффа, чтобы тот разбудил Тони и напомнил о работе. Иногда Джеффу приходилось стучать и кричать минут пять-десять, прежде чем Тони появлялся. В прошлом году Тони был кумиром Лайзы, теперь же он стал героем юного Джеффа. Мальчик впитывал каждое его слово и хвостом ходил за ним по мотелю, когда тот что-то чинил. И на свалку в гостиничном пикапе он тоже с ним ездил. Но настроение Тони ухудшалось. Если раньше он был веселым сантехником, то теперь все больше жаловался на тех, кто его не понимает. Его раздражало, что он не может устроить себе чертов перерыв. Джефф никогда не слышал этого слова, и ругательства Тони его смущали. Но все равно он оставался для мальчика героем. А разговоры Тони позволяли Джеффу чувствовать себя взрослым.

После работы Тони часто ехал на велосипеде в центр города, останавливался возле аптеки «Адамс» на Коммершиал-стрит, чтобы выпить чаю. Он по-прежнему любил пить чай с печеньем, прислушиваясь к сплетням официанток. От чая боль в желудке немного проходила. Усевшись на высокий стул, он заметил стройную молодую девушку с длинными каштановыми волосами. Она убирала флаконы-пробники и закрывала стойку косметики. Девушка была похожа на Авис, только посимпатичнее. У нее были ровные белые зубы и красивые глаза – Тони с двадцати футов разглядел эти ярко-зеленые глаза. Он наклонился вперед и шепнул официантке Этель Росс:

– Этель, а кто это?

Этель повернула голову.

– Кристина Галлант, новенькая. Она из Фолл-Ривер. – Этель усмехнулась. – Но будь осторожен, Тони. Мы слышали, что она крутит роман с Раулем Маттой.

Этель подлила Тони чаю, а тот улыбнулся и сказал:

– Ну, с Раулем-то я справлюсь.

– Разумеется, Тони.

Этель покачала головой и занялась своими делами.

Кристина Галлант была очаровательной девятнадцатилетней девушкой из некогда процветающего городка на юго-востоке Массачусетса, славившегося своими наркотиками, переработкой хлопка и рыбаками-сезонниками, которые еле-еле сводили концы с концами, добывая рыбу и морепродукты. Кристина окончила старшую школу, бросила Фолл-Ривер и в поисках летней работы перебралась в Провинстаун. Ее отношения с Маттой складывались весьма бурно. Рауль Матта, мрачный, красивый парень, был женат. Говорили, что он поколачивает и жену, и Кристину. Доктор Каллис лечил его от сифилиса. Он говорил, что Матта «трахает все, что движется». Друзья Тони и Кристины говорили, что Матта заставил девушку сделать аборт, когда та забеременела от него. Хотя в шестидесятых аборты были под запретом, процедуру выполнил один из приятелей Матты. У Кристины открылось такое кровотечение, что она чуть не умерла. Даже если слухи были справедливы лишь отчасти, о таком романе вряд ли стали бы писать в книжках.

Тони наблюдал, как Кристина убирает последние флаконы и протирает стойку белой тряпочкой. Закончив, она ушла в заднюю комнату, где работники оставляли верхнюю одежду. Ему показалось, что она – «самая красивая девушка на свете», а «глаза ее горели внутренним огнем»[52].

Через несколько дней Тони прогуливался по Коммершиал-стрит и заметил, как Кристина входит в книжный магазин Молли Мэлоун. Он тут же перешел улицу и вошел в магазин следом за ней. Оглядевшись, он увидел, что она стоит у стеллажа, изучая корешки книг. Тони сделал вид, что тоже ищет какую-то книгу. Он подошел к ней поближе и словно случайно задел ее боком.

– О, простите! – извинилась Кристина, отступая.

– Что вы, это моя вина, – Тони протянул руку. – Я Тони Коста. Ты здесь недавно? Раньше я не видел тебя в нашем городе.

Девушка пожала ему руку:

– Привет, я Кристина. Я недавно приехала, чтобы поработать летом.

– Классно! А я живу здесь всю жизнь. Если захочешь, я устрою тебе экскурсию, – ослепительно улыбаясь, предложил Тони.

Они немного поболтали, потом Кристина сказала, что ей нужно возвращаться на работу.

– Увидимся, – сказала она.

– Непременно, – кивнул Тони. – Ты непременно меня еще увидишь.

Когда у Тони не было работы или он просто прогуливал, он шел по Коммершиал-стрит, а потом уходил к маяку Лонг-Пойнт, что в пяти милях от мотеля. Он шел, опустив голову и засунув руки в карманы, не обращая внимания на летнюю суету города. Однажды, когда он вот так шел, ему сунули флаер.

– Съешь, прочитай и приходи! – произнес громкий, звонкий женский голос.

Тони поднял глаза. Перед ним стояли двое, женщина и еще кто-то (Тони не понял, парень это или девушка). На них были причудливые костюмы с перьями. Под густым макияжем разобрать пол было просто невозможно. Если бы Тони представился, то мог бы встретиться с Джоном Уотерсом и Мэри Вивиан Пирс – это они рекламировали свой последний фильм «Съешь свой макияж». Потом женщина, одетая как Джин Харлоу, протянула ему сладкую губную помаду.

– Просто приходи! – повторила она и засмеялась.

Странная парочка побрела дальше.

Тони смотрел им вслед и думал, как думали многие местные жители в конце шестидесятых: «Вот ведь парочка кретинов!» Но эта парочка была безобидной. Гораздо больше разозлил Тони мужик, который пристал к нему на пляже. Мужик разъезжал на мотоцикле в одних стрингах и раздавал журналы с гомосексуальной порнографией. Тони с облегчением понял, что мужик раздает свои журналы всем на пляже, а не только ему.

[50] Джефф Беккер, беседа с Лайзой Родман, 9 июня 2018 года.

[51] * Тони Коста, психологическое обследование, проведенное доктором Джеком Юэлтом, октябрь–ноябрь 1969 года.

[52] Там же.