– Выплеск скверны, – спокойно прокомментировал Дегатти. – Ты не контролируешь себя.
– Я контролирую себя, когда меня не провоцируют, – сказала Лахджа, выплескивая кофе в петунии за окном. – Я помню, как быть человеком. Я веду себя как человек.
– Ты думаешь, что ведешь себя как человек.
– Ты просто хочешь принизить меня. Тебе мало контролировать мою жизнь. Ты хочешь еще контролировать мои мысли.
– Ты фамиллиар. И моя жена. И этот контроль работает в обе стороны.
– Не заметила.
Они помолчали еще. Енот изучил содержимое молочника, вздохнул и стал заваривать чай. Черный кофе в семье никто не любил.
Напряжение за столом становилось все ощутимей. Лахджа молча смотрела в стену. Дегатти казался невозмутимым… до какого-то момента. В конце концов он вскочил, судорожно сунул ноги в туфли и рявкнул:
– Ну вот, опять я виноват!
Волшебник пронесся через всю квартиру и хлопнул дверью. Лахджа тут же ее распахнула и крикнула вслед:
– Молока купи!
– И шоколадку! – добавила Астрид.
– Астрид, у нас полно шоколадок, – сказала Лахджа, усаживаясь на стул и прикрывая лицо ладонью.
– Где?! – вскочила девочка.
– Это на Добрый День, – прикрыла крышку холодильного сундука демоница.
– Добрый День только завтра! Слишком долго ждать!
– Хорошо, одну шоколадку.
– Все!
– Одну!
– Все!!!
– Не зли меня, Астрид! – повысила голос Лахджа.
Астрид закатила истерику и принялась кататься по полу. Но мама на такое никогда не реагировала. Она просто переступила через дочь и уселась в кресло с книгой.
– Я себе все волосы выйву, – сказала Астрид, прекращая плакать.
– Зачем? – спокойно спросила мама.
– От гоя. Как пьёклятый волшебник из сказки.
– В этих сказках слишком много насилия, – заметила Лахджа, жуя шоколадку.
Дегатти тем временем шагал по улице и злобно бормотал, репетируя диалог с женой. Как он ей ответит, и как она ему ответит, и как он ей снова ответит… и будет прав!.. А она, конечно, скажет что-нибудь колкое и ядовитое… и будет знать, что неправа, но испорченные нервы не вернешь!..
Мысли он тщательно прикрывал. Лахджа повадилась их подслушивать, со зловредным упорством обходя его защиту.
Он вот так с ней не делает, он всегда проявляет деликатность. Ее мысли – это ее мысли. Чем захочет, тем поделится, чем не захочет, то останется при ней.
Ну да, бывали перегибы и просто случайные проколы. Волшебнику и его фамиллиарам сложно прокладывать четкие границы, мысли постоянно перетекают туда-сюда… к тому же тогда он всерьез о ней беспокоился! Его можно понять.