-Зачем же? Руца и Виллана я разбужу сама. Для остальных время еще не пришло.
Я покачала головой, стараясь не заглядывать в лицо спящему Советнику. Каждый раз когда я случайно натыкалась взглядом на темные ресницы, белую полосу шрама и губы, то заливалась краской от лба до шеи, как выпускница института благородных девиц. Ну, если подумать, дедушкино воспитание было весьма похоже на высшее учебное заведение для юных леди. Вспомнить только, как я разнервничалась, когда Айден помог мне подняться из лужи. Прикосновение незнакомого мужчины, весьма невинное и обоснованное вынужденной помощью, было чуть ли не запретным плодом.
-Так почему Айден достался мне? - шепотом закричала я, боясь потревожить тишину и привлечь внимание караула снаружи. Возможно, я выглядела как последняя истеричка, но я правда не горела желанием целовать Советника, практически на глазах всей гвардии. Виллан наверняка шуточками будет сорить до самого Дворца.
-Должна быть глубокая эмоциональная связь. Только она сможет одарить твой поцелуй силой, достаточной для пробуждения из вечного сна.
Я хмуро взирала на Шартиар, скрестив руки на груди. Пока ее объяснения звучали не ахти как убедительно, но я решила дать им шанс.
-Мы с Руцем, - взмах рукой в сторону саркофага, где продолжал спать Руц, - близнецы. Здесь все само собой подразумевается, ты так не считаешь?
Добившись от меня неохотного кивка, Наставница продолжила:
-Виллан влюблен в меня три тысячи лет. Здесь хочешь - не хочешь, а придется соответствовать.
Я хмыкнула, понимая, какой козырь сам приплыл мне в руки. Только пусть попробует что-нибудь сказать по поводу поцелуя и Айдена, как я разыграю самую выигрышную партию в своей жизни.
-До-Ка-Ри с Вилланом тоже в родственной связи. Почему бы не попросить ее разбудить брата?
Шартиар успешно проигнорировала ехидную реплику:
-И Айден достается тебе.
Я с сомнением покосилась на Советника, который дремал себе и даже не догадывался, какую жаркую дискуссию вызвал.
-Звучит не очень убедительно. Я думала, связь должна быть другого характера. Мы же с ним друг друга бесим, и это не секрет! Единственная эмоция, которую мы вызываем друг в друге, раздражение.
Шартиар нетерпеливо вздохнула, направляясь в сторону Виллана. Она намеревалась пробудить его ото сна первым.
-Уж как есть. Злость может связывать куда крепче любви и дружбы. Действуй!
Мда, ситуация не слишком-то привлекательная. Айден спал, безразличный к моим переживаниям и метаниям души. Только его саркофаг, один-единственный, запирался сверху тонкой хрустальной крышкой, которую я сдвинула почти без усилия. Аккуратно прислонив ее к гробу, я наклонилась над Айденом, ища в себе силы закончить начатое. Бледные губы Советника казались холодными, как январская стужа. Первый раз поцеловать мужчину, да еще и покойника? Приключение на любителя. Что бы сказал дедушка...
-Лиззет, а можно немного побыстрее? - со спины, потягиваясь и зевая, подошел Виллан. Его возвращение в мир живых прошло без лишней помпы: никаких тебе фейерверков, магических вспышек и звукового сопровождения. Рыцарь растерянно моргал, тер глаза и щурился с непривычки от теплого света Хранилища. Мне показалось, или освещение стало ярче, когда Виллан очнулся? Скорее всего, померещилось, но рыцарь выглядел точь-в-точь как человек, проспавший слишком много во время дневного сна, и теперь пытающийся понять, какой на дворе год. Я не смогла сдержать улыбки, настолько мне было это знакомо.
-Может, сам попробуешь? - ворчливо предложила я, готовая великодушно уступить ему место. - У вас же тоже есть особенная связь?
Виллан одарил меня хмурым взглядом, в котором читалось все, что он обо мне думает в текущий момент, но в следующее же мгновение лицо рыцаря озарилось улыбкой: к нам подошел Руц, на ходу разминающий затекшие мышцы.
-О чем разговор? - он перегнулся через бортик, деловито заглядывая в саркофаг. Вид спящего Советника его ни сколько не тревожил, словно он каждый день проводил подобным образом. -Лиззет, время поджимает.
-Знаю я, - огрызаться и ерничать было простым решением, за которое я не несла ответственности. Я все никак не могла решиться и сделать последний шаг: прижаться губами к губам. То ли смущение, то ли суеверный страх мешали мне пойти до конца.
Шартиар цыкнула, складывая руки на груди. Выглядела она недовольной, слегка раздраженной и...усталой? Ну, конечно, понервничать пришлось изрядно, даже я ощущала каменную усталость в теле и мыслях, которая никак не хотела уходить.
Так, собраться с мыслями, сгрести последние крохи сомнений и выкинуть их вон.
Поцелуй вышел ужасно неловким: я неуклюже перегнулась через бортик, прижалась губами к холодным восковым губам, замирая. Секунда, вторая, третья.
Я отстранилась, заглядывая Айдену в лицо. Ничего. Не дрогнули ресницы, отбрасывая на светлую кожу тень. Не налились живым цветом скулы. Ни-че-го.
Виллан издал забавный звук, что-то среднее между хрюканьем и задушенным нервным смешком:
-Мда, так быть не должно. Шарт, ты уверена, что именно поцелуй Лиззет должен пробудить капитана ото сна? Может, лучше ты?...
Наставница поправила очки, одаривая Виллана ледяным взглядом, от которого тот поежился, и отчеканила:
-Я уверена в этом на все сто процентов. Либо она, либо никто.