Наставница неожиданно тепло улыбнулась и, крепко ухватив меня за рукав, увлекла в соседний переулок. Она знала мой ответ еще до того, как он окончательно сформировался и позволил себя озвучить. Голос Шартиар был тих, но я отчетливо разобрала каждое сказанное ею слово:
-Оно разбилось бы. Не сейчас, так потом. Через год, через десять лет, или на следующей неделе. Потому что так нужно было. Катализатором было вовсе не яблоко. А ты.
Как на привязи, склонив голову и уткнувшись глазами в землю, я следовала за Шартиар, которая все дальше и дальше удалялась вглубь дворов. Ее пытливый взгляд обшаривал старые дома и дорогу перед собой, в поисках чего-то особенного. Рыцари, не отставая, следовали за нами шаг в шаг.
На перекрестке, ожидаемо пустом, как и все вокруг, наставница остановилась как вкопанная.
-Ничего не понимаю, - донеслось до меня ее неразборчивое бормотание. Виновато прикусив губу, Шартиар оглянулась на Айдена, замыкающего маленький отряд. В ее взгляде с каждой минутой все сильнее и сильнее разгоралась паника.
Айден, насторожившись, медленно потянулся к голенищу сапога. Я почему-то знала, с вероятностью в сотню процентов, что там запрятан нож. Откуда мне было это известно? Понятия не имею, но тогда меня это совсем не волновало.
Теперь можно было сказать со всей уверенностью: что-то действительно было не так.
Часть первая. Глава 7. Казнить нельзя помиловать
Прожив всю жизнь в этом городе, я знала его как свои пять пальцев. Хорошо, может и не весь, но эти-то улицы были давно изучены вдоль и поперек. Но я понимала, чему удивляется Шартиар. Пройдя такое расстояние, мы вновь оказались на том самом злополучном перекрестке в десяти метрах от моего дома.
Наставница, поправив сползшие на переносицу очки, встревожено осмотрелась:
-Не помню, чтобы мы заворачивали.
И тогда случились сразу две вещи.
Сначала Шартиар громко вскрикнула и затрясла рукой в воздухе, которой еще секунду назад тянулась к оружию. Во все стороны полетела кровь, ядовито-зеленого цвета, шипящая и пенящаяся как кислота.
А затем рыцари бросились врассыпную. Справа и слева грянули оглушительные взрывы.
Оставшись лицом к лицу с опасностью, я впала в ступор. Противник не показывался, предпочитая атаковать издалека, и страх сковал тело, не давая ни единой возможности сдвинуться с места. Я злилась на себя, злилась на свои непослушные ноги, и еще больше - на Айдена. Почему именно на него? Да кто ж его знает! Скорее всего, из-за невозмутимого вида «я-все-знаю-наперед». Как выяснилось, все предусмотреть заранее даже ему не под силу.
И в момент наивысшего отчаяния кто-то грубо дернул меня за подол пальто вниз, на землю, накрывая собой. Наверное, все-таки Айден, потому что черные волосы при этом так и норовили забиться мне в рот. Пришлось отплевываться, и вместе с этим момент потерял всю значимость и романтичность. Сотни прочитанных любовных романов и просмотренных романтических комедий не смогли донести до меня одной мысли: если на тебя падает мужчина в полном боевом облачении, это чревато переломами ребер.
-Ты тяжелый!- прошипела я, уткнувшись лицом в промерзшую землю. Дышать было тяжело, Шартиар все так же жалобно кричала где-то совсем рядом, и мне было страшно.
Асфальт с ужасающим грохотом пошел глубокими трещинами, огромные пласты его, влекомые то ли магией, то ли еще какой-то неведомой силой, поднимались в воздух и обрушивались на нас с Айденом сверху всей мощью. Но в сантиметрах десяти от наших тел асфальтовые обломки разбивались о невидимый щит.
Надо бы спросить потом у Айдена, что это за фокусы такие. Если выживем, конечно.
-Ты магией владеешь? - прохрипел рыцарь мне на ухо. Все его тело напряглось от натуги; держать щит, рассчитанный на двоих, было совсем непросто.
-Ты издеваешься, что ли?!
-Тогда у нас большие проблемы.
Мне удалось ткнуть Айдена локтем под ребра, но победа была сомнительная. Мы по-прежнему были в полнейшей... опасности.
Виллан отступал назад, прижимая к себе всхлипывающую Шартиар. Ее окровавленная рука повисла безвольной плетью вдоль тела, истекая маслянистой бурой жидкостью. Виллан зло скалился, глядя в небо, и громко поминал вслух всех знакомых лично ему божеств и духов. Помогало слабо.
Руц вообще исчез из поля зрения, оставив после себя обугленную дыру на асфальте. Зажмурившись, я молилась тем же богам, которых вспоминал Виллан, чтобы с Руцем все было хорошо. Интуиция подсказывала мне, что не зря рыцари Талла действуют четверкой. Если хоть один выходит из боя – приходится тяжко.
А затем томный голос, противно растягивающий гласные, ехидно промурлыкал:
-Так, так, так! Вот это номер! Интересно, что же скажет Его Мрачнейшее Величество Талл, если увидит невесту с Первым Советником в таком положении? Весьма компрометирующая ситуация!
К нам присоединился кто-то еще.
***
Я резко вскинула голову, заехав затылком в подбородок Айдена. Рыцарь отозвался приглушенной бранью, но слезать с меня не спешил.