В плену у прошлого: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Это сделал мой хороший знакомый. Я тебя попрошу всего об одном одолжении: не говори отцу ни о разговоре с Ильей, ни о моем звонке. Я когда-то дружил с твоими родителями, но Егор может не принять эту помощь. Не потому, что я сделал что-то плохое, я просто забыл друзей на четверть века. Сделай, как я прошу. Договорились?

– Спасибо огромное. Я выполню вашу просьбу и ничего не скажу папе. Ему доктор уже сообщил о благотворительном фонде и папа, кажется, поверил. Илья сказал Вам о том, что половина денег у папы есть? Как теперь быть с этим? Он будет искать этот фонд, чтобы не быть должным.

– А ты, значит, не поверила? – спросил ее звонивший. – Не переживай. Фонд частного лица, и он, если помогает, то делает это безвозмездно.

– Нет. Я же сама завела разговор с компанией Вашего сына и выполняю его наказ. Илья попытался нам помочь, и у него это получилось с Вашей помощью. Мы перед Вами в неоплатном долгу. Я телефон отнесу Илье часа через два. До свидания.

– Все будет хорошо у вас, Марина Дунаева. Я разговаривал с доктором. Твоя мама Оля обязательно поправится, и фонд ей в этом поможет.

– Кто звонил и чей это телефон? – спросил вошедший в дом отец.

– Отдыхающие из города попросили об одолжении. Три палатки стоят у мостика, две машины.

– На бензине экономят или автомобильной зарядки нет, – пошутил отец.

– Я не спрашивала. Показала, как пройти в магазин, продала три литра молока, разжилась колбасой, сделав им окрошку, и обещала на ужин омлет с телефоном. Пап, ты чего? Они парами отдыхают. Одна из них и была у нас дома: Илья и Милена. Правда красиво звучит – Милена. Ни то Мила, ни то Лена, а все вместе красиво.

– Кому это когда мешало? Была пара, и нет ее, а появилась новая.

– Папка, это не подростки. Они взрослые люди, дипломы свои «обмывают», но запаха алкоголя я от них не унюхала. Приличные молодые люди. Хочешь, пойдем со мной вечером, сам убедишься.

– Не буду я тебя контролировать. Я доверять тебе должен. За светло иди, чтобы я не волновался. Зорьке опять огород сторожить.

– Пап, мне так внутри тревожно и волнительно. Как пройдет операция? – говорила грустно Марина. – А сколько продлится период восстановления? На это тоже нужны деньги? Пап, ты теперь можешь деньги банку вернуть?

– Деньги пусть лежат. Когда мама окончательно поправится, мы решим, сколько сможем погасить долга. Рано об этом думать. Я тоже очень волнуюсь. Ты пока не говори ничего никому. Они за неделю ни зашли, ни разу ни к нам, ни к маме в больницу. Или я чего-то не знаю?

– Не было никого. Полине надо позвонить, а придет или нет ее дело. Мама не говорила о том, что кто-то ее навещал. Она и сама ни о ком у меня не спрашивала. Ты на них не сердись. Помочь ей они ни чем не могут, а маме спокойнее без них.

– Утром перед отъездом и позвоним. Она в городе, рядом, да толку мало, – говорил отец в сердцах. – На чемоданах сидит.

– Пап, садись к столу и ешь бутерброды. Окрошка и оладьи из кабачков в холодильнике. Это на случай, если ужинать будешь без меня. Я приготовлю все вещи на завтра, проверю цыплят, подою Зорьку, приготовлю омлет и схожу к мостку. Папуль, может ягоду собрать и продать, плюс молоко и будут деньги на бензин.

– Коммерсант ты мой, доморощенный. Дерзай, – улыбнулся отец, поедая бутерброды, припивая их чаем.

Они проговорили еще с полчаса, а потом каждый занялся своим неотложным делом. Марина собрала клубнику, которая уже заканчивалась, но попадалась еще крупная ягода и малину, которая только дня три назад начинала вызревать. Два контейнера объемом на полтора литра из пластика вместе с ягодой весили больше двух килограмм. « Можно просить смело пятьсот рублей. Это уже не благодарность Илье, а десерт его приятельницам. Отнесу то, что обещала, а это предложу купить, – думала она, заканчивая кормить цыплят. – Моя благодарность не знает границ, но они могут подумать совсем о другом». Около восьми вечера она подоила корову, слила молоко в две полуторалитровые бутылки, сложила ужин в два контейнера, поставив все в сумку, а контейнера с ягодой в пакет, сверху на крышки положила телефон и зарядку. Переоделась в бриджи и футболку, обула сандалии, собрала волосы.

– Пап, я ушла. Максимум через час вернусь, не волнуйся.

– Тебе может садовую тележку взять? Не надорвешься? – пошутил ей в след отец.

Через десять минут она была у реки, переходя мостик.

– Вот Ваш телефон, а в сумке еда, разберетесь, – передавая сумку Илье, сказала Марина. – Спасибо вам большое, – она не удержалась и неумело поцеловала его легонько в щеку, покраснев при этом. – Простите, это я от радости. Маму завтра оперируют, папе доктор сам позвонил, а мне Ваш отец.

– Садись. Мы поужинаем твоим шедевром, заберешь посуду, а я помогу донести. Окрошку оценили, ни грамма не осталось.

– Мне неудобно предлагать вам десерт, но он у меня сегодня платный. Купите? – спросила она и открыла контейнера с ягодой.

– Красота и вкуснятина, наверное. Сколько? – спросила Милена

– Пятьсот рублей, – смущенно ответила Оля. – Могу отдать дешевле.

– На что, если не секрет? – спросил молодой человек, которого все звали Руслан.

– На бензин. Мы с самого утра в город с папой на машине поедем. У нас старенькая «Нива», но пока не подводила. Навестим маму до операции и будем ждать ее окончания. Вы не подумайте, что мы совсем без денег. Мне сейчас не до переработки ни молока, ни ягод, чтобы делать творог или варить варенье. Есть более важные дела.

– Держи, – сказал молодой человек по имени Владислав и протянул ей тысячную купюру.