Со звуком «пу-ум» посреди канализации материализуется Торн в полной экипировке и с мечом наизготовку. Чуть не падает в сточную канаву, но быстро ориентируется:
— Докладывайте!
Иона подпрыгивает от неожиданности. Скажу честно, я сам с трудом сдержался. К такому нужно привыкнуть.
На моё удивление, Иона выпрямляется и начинает рассказывать. Пусть и в бандитской манере, но всё же видно влияние на неё вояки Торна. Вымуштровал. Слава чёртикам, Иона сообразила, что не стоит сообщать про моё «посланничество».
Торн молча выслушивает и закладывает меч за спину.
— Хм. Всё ясно. Иона. За то, что не разбудила меня, — тысяча приседаний.
— Хрена с два! Как я должна была тебя разбудить, дядька?! Я херак — и тут оказалась!
— Что мешало потом вернуться в анклав? — Торн осматривает канализацию. — Вижу, вы давно тут... А если на вас бы напали?
— Приседать не буду...
— Твоё право. Ты знаешь, что тебя ждёт за нарушение приказа, девочка.
Иона что-то бубнит под нос, ругается. Наконец отвечает:
— Может, пятьсот?
— Это не обсуждается.
— Тьфу ты, старый пер...
— Хм...
— Ладно, ладно. Тысячу.
— Прямо сейчас. Возвращайся в анклав.
— Ах ты!..
— Хм...
— Ладно, ладно. Римус, дай пощупать твою штуку.
Торн скрипит доспехами, а Иона почему-то краснеет.
— Ах ты ж... Римус! Верни меня в анклав! Быстрее! Дядька та ещё св... эм... Чёртова вонь, как же я хочу помыться!
По пути в бандитский район я всё рассказал Торну. Даже про своё божественное становление в глазах Ионы. И, что самое приятное, на это он ответил философским «хм-м-м». Ох, как же прекрасен Торн! За такое можно и простить ему парочку грешков своей божественной волей.
— Она поверила? — хмуро спрашивает Торн.
Пожимаю плечами:
— Ну, я был очень убедителен...
— Хм...
— Понимаю твой скептицизм. Но женщины доверчивые... Знал бы ты, во что они иногда верят...