Постепенно рана на ноге Вей зажила, и нам надоело маяться от безделья, мы решили продолжить тренировки. И хотя места было мало, это еще лучше помогало оттачивать технику ближнего боя.
На наши бои с Вей приходили смотреть стражники, комментировали, цокали языками и хвалили. В один из дней, дверь в нашу темницу открылась, к нам пожаловал консул.
Он вошел в наше подземелье важно, словно посол доброй воли, его глаза смотрели на нас с заинтересованностью, оценивающее, сразу стало понятно, что он явился сюда не просто так. Видимо и до него дошли слухи.
Он прошел в середину камеры и сел на стул, услужливо пододвинутый стражником.
— Я вижу, вы время не теряете, — начал консул.
— Тяжело в заточении, консул, как можем время коротаем, — ответил ему Вей смиренно наклонив голову.
— Моя стража сказала, что вы сильные воины.
— Вам виднее, консул.
— Я знаю, что среди магов нет воинов, и я готовь поверить вам.
— Я же говорил вам, консул, что мы не маги, — взмахом руки консул остановил Вей.
— Мало ли что вы говорили, я верю тому, что донесли мои люди, раз вы летели на аппарате магов, значит, дружны с ними, но я готов простить и отпустить вас, если вы…, — он сделал паузу, ну прям как хороший актер.
— Если вы в дни ярмарки выйдете на потеху толпы против лучших наших бойцов, и если в сражении вы победите, то мы подумаем, и, может быть, отпустим вас.
— Я согласна, — ответила консулу.
Свита удалилась, тяжелые двери закрылись, шаркающие шаги консула и его свиты затихли в глубине коридора.
— Ты хорошо подумала, Энжи, — спросил Вей.
— У нас нет другого выбора, нам надо как-то выбраться.
— Но они выставят против тебя сильных мужчин, ты хоть и отличный боец, но мужчины тебя сильнее, и закалённые в боях.
— Я подумала, Вей, я выйду на помост.
С этого дня мы усилили подготовку, тренировки шли каждый день, у нас не было гантелей и штанги, и никаких тренировочных снарядов, Вей придумывал все сам, вместо штанги поднимали тяжелый дубовый стол, или кровать, вместо гантелей — ведра, наполненные водой
Вей переживал, что нам нельзя бегать, говорил, что так тренируется дыхание, но я и так была уверена, что смогу победить. Не знаю, откуда пришла ко мне эта уверенность, но я точно знала, что в этом мире не найдется воин, который сможет противостоять мне.
И наступил день ярмарки.
Еще до рассвета нас разбудил стук копыт и бряцанье повозок. Огромные животные тащили на площадь повозки со всякой снедью, горшками, металлическими изделиями, повозки поменьше везли ткани, травы, специи. Я стояла у окна и вдыхала запахи, они будоражили меня, вызывали воспоминания о другом мире, таком далеком, недостижимом.
Постепенно шум усиливался, ярмарка разворачивалась, народ все прибывал и прибывал. И вот уже трубы возвестили о начале торгов.
Воздух наполнился таким количеством запахов, что я перестала их различать. В полдень нам, как обычно принесли еду, стражник долго топтался на пороге, а потом произнес: Сегодня вечером час борьбы.
Произнеся эту странную фразу, он ушел, заперев дверь на засов. Вей, посмотрел на меня, словно прислушиваясь к чему- то вдруг сказал: Сегодня на помост выйду я.
— Вей, твоя рана только зажила, тебе трудно будет бороться против здорового противника.
— Энжи, сегодня выйду я, ты копи силы…
— Это неразумно…
— Я так решил.
Его увели, когда солнце пошло на закат. По реву толпы, я поняла, что час боя настал. Весь бой вслушивалась под рев и улюлюканье, но так и не поняла, на чьей стороне был перевес.