На один зловещий ускользающий миг она осветила рваную массу низко нависших облаков, очертания накренившегося судна, черные фигуры людей, застигнутых на мостике; они стояли с вытянутыми шеями, словно приготовлялись боднуть и в этот момент окаменели. Затем спустилась трепещущая тьма, и наконец-то пришло настоящее.
Это было нечто грозное и стремительное, как внезапно разбившийся сосуд гнева. Казалось, все взрывалось вокруг судна, потрясая его до основания, заливая волнами, словно на воздух взлетела гигантская дамба. В одну секунду люди потеряли друг друга. Такова разъединяющая сила ветра: он изолирует человека. Землетрясение, оползень, лавина настигают человека случайно — как бы бесстрастно. А яростный шторм атакует его, как личного врага, старается скрутить его члены, обрушивается на его мозг, хочет вырвать у него душу».
Можно много рассказывать о том, какие страшные опустошения производят на море и на суше тропические ураганы. В Карибском море в сентябре 1780 года пронесся один из самых сильных ураганов, известных в истории. Ветер потопил несколько парусных кораблей, застигнутых в открытом океане, и обрушился на Малые Антильские острова: Барбадос, Мартинику, Сент-Люсию. Огромные океанские волны хлынули на берег, неся смерть и разрушения. Больше всех пострадал богатый, цветущий остров Барбадос. Тысячи людей погибли под развалинами зданий. Несколько городов просто исчезло. Они были разрушены ветром до основания, и развалины домов унесены в море.
Главный город острова Мартиника — Сент-Пьер — был целиком смыт в море гигантской волной. На Сент-Люсии огромные волны разрушили до основания порт.
В гаванях Антильских островов тогда находилось много французских и английских военных кораблей. Свыше 400 судов затонуло у берегов. Почти 40 тысяч человеческих жизней унесла страшная морская буря, названная метеорологами «великим ураганом».
Сильнейший ураган пронесся над просторами Индийского океана в 1876 году. Буря потопила все суда в Бенгальском заливе. В городе Читтагонге разбушевавшийся океан выбросил на берег все суда, стоявшие на приколе. Громадные волны хлынули на побережье Бенгальской области Индии. Прибрежные поселения скрылись под водой. Во многих местах глубина воды достигала пяти-шести метров. Тысячи домов были разрушены волнами. Люди, захваченные врасплох морским наводнением, находили спасение только на высоких деревьях, вместе с дикими зверями и змеями. Более 250 тысяч человек погибло в воде.
Осенью 1970 года катастрофа повторилась. Ураган, пронесшийся над этими же районами, принес смерть и разрушения еще большие, чем в прошлом веке. Многочисленные и густо населенные острова в Бенгальском заливе скрылись под водой. Во многих местах побережья высота воды достигла восьми — десяти метров! Погибли сотни тысяч пакистанцев. Это было национальной трагедией страны.
В начале осени 1961 года над южным побережьем Соединенных Штатов Америки пронесся ураган «Карла*, оставивший после себя печальную славу одного из самых разрушительных в XX веке. Достаточно сказать, что страховые компании выплатили жителям двух штатов — Техас и Луизиана — почти 100 миллионов долларов за понесенные убытки и потери.
Удивительно ли, что в прошедшие века такие атмосферные возмущения порождали мысли о демонах зла и о божьем наказании, о конце света!
Интересно вспомнить, что одним из первых, кто дал подробное описание морских ураганов и тайфунов, был знаменитый пират и одновременно ученый Дампьер. В своей книге о морских ветрах, написанной в XVIII веке, он привел красочный рассказ об урагане на Антильских островах:
«Жители острова Антигуа предупредили капитанов кораблей, стоявших в гавани, что надвигается ураган. Наш капитан приказал опустить все якори и, кроме того, привязать корабль канатами к толстым деревьям на берегу.
Ураган начался в семь часов вечера. Капитан и команда сошли на берег и укрылись в доме одного бедного крестьянина. Ветер бушевал четыре часа, дождь лил потоками. Потом внезапно все прекратилось. Сразу стало тихо и ясно.
Три матроса пошли посмотреть на судно. Оно было выброшено на берег и лежало на боку. Верхушка мачты зарылась в песок. Не успели посланные рассказать капитану об этом печальном зрелище, как ураган возобновился, но уже с противоположной стороны. Первый же его порыв сорвал крышу с хижины, в которой мы укрывались. Остались четыре голые стены. Мы продрожали до утра.
Утром мы были немало поражены, увидев, что ураган поставил судно на прежнее место. Но корабль был пуст: море растащило наш груз — бочки с сахаром. Они были разбросаны по всей гавани. Одну нашли в лесу, в километре от берега.
Другие корабли пострадали гораздо больше. Некоторые вовсе были разбиты в щепки, другие выброшены на берег. Один корабль оказался поставленным на две скалы. Он опирался на одну носом, на другую — кормой; под килем же образовались ворота высотой в три метра.
Остров пострадал не меньше. На немногих уцелевших деревьях не осталось ни листика, как будто за ночь наступила зима. Даже трава с лугов исчезла: ураган начисто выкосил ее и унес».
Прошли века» прежде чем человек, вооруженный техникой, получил возможность изучать это грозное явление природы. Но и сейчас многое еще неясно ученым. Большинство их сходятся на том, что тропический ураган возникает там, где встречаются две различные воздушные массы — теплая влажная и сухая холодная. Развивается он, как правило, только над океаном, и тогда, когда температура воды не ниже 27 градусов. Многие исследователи полагают, что главной причиной служат интенсивные восходящие потоки воздуха и огромное количество тепла, при этом освобождающегося. Воздушные массы в районах возникновения ураганов всегда сильно перегреты и насыщены водяными парами. Мощные восходящие токи перегретого влажного воздуха, выделяя в процессе конденсации скрытое тепло, и дают огромную силу урагану.
Когда перегретый и очень влажный воздух приходит в соприкосновение с верхними холодными слоями атмосферы, пары быстро сгущаются в тучи, превращаются в дождь, отдавая огромное количество тепловой энергии окружающему воздуху. В результате возникает сильная тяга вверх. Всё новые и новые массы теплого, насыщенного парами воздуха устремляются от поверхности океана в верхние, более холодные слои атмосферы. Процесс захватывает большую площадь. Возникает как бы гигантский воздушный насос. И тут вступает в действие вращение Земли. Масса воздуха, увлекаемая в огромную атмосферную воронку, начинает кружиться.
Тропический циклон («циклон» значит «вращающийся») родился!
Все больше всасывает вращающийся атмосферный насос влажного перегретого воздуха, поднимая его вверх и отбрасывая в стороны. Все больше освобождается скрытой энергии тепла. Американские метеорологи подсчитали: свыше миллиона тонн воды, содержащейся в морском воздухе, может быть поднято к облакам в течение одного дня!
Но, пожалуй, самое любопытное у разыгравшейся стихии — «глаз бури» (вспомните глаз демона моря). Этот «глаз» — самый центр урагана. Здесь тихо, чистое, ясное небо. А вокруг — стена тропического ливня и ревущий ветер.
В поперечнике глаз тропического урагана достигает десятков километров. Воздух здесь почти недвижим, но на поверхности моря творится что-то страшное. Ведь сюда, в центр урагана, несутся огромные волны со всех сторон.
Плохо тут приходится судам: как ни развернись, не избежать опасных ударов волн. Около десяти лет назад американские ученые сделали попытку пробиться в «глаз бури», чтобы самим увидеть, что там происходит. Научная экспедиция окончилась трагически, хотя ученые находились на крейсере. Перед тем как послать в эфир SOS, наблюдатели передали с корабля: «Высота волн достигает
40 метров!»
Пока тропический циклон движется над теплыми водами океана, обильное питание энергией ему обеспечено. Влажный и перегретый морской воздух, засасываемый атмосферным насосом, работающим в механизме урагана, поддерживает, разжигает его свирепый нрав. Но ничто не вечно под луной. Убийца сам подготавливает себе гибель. Оставаться на одном месте неопределенно долгое время он не может. А двигаясь в более холодные районы, ураган лишается своей питательной среды, слабеет и гибнет от недостатка энергии. Еще быстрее теряет свою разрушительную силу ураган на суше.
Французский метеоролог Пьер-Андре Молэн, который известен как «охотник за тайфунами», пишет: «Не найдется, пожалуй, ни одного негодяя, в броне которого не было бы слабого места, и в биографии любого палача стыдливо сообщается, что в детстве он не мог видеть крови цыпленка и его призвание объясняется желанием победить самого себя».
У атмосферного убийцы — тропического циклона, — оказывается, тоже есть что-то положительное.
Вызывающая значительные сомнения в наши дни роль тайфуна как сеятеля жизни и распространителя видов животных на земле тем не менее довольно правдоподобна. Один из офицеров французского фрегата «Юнона», захваченного тайфуном в Южно-Китайском море 1 июня 1868 года, пишет (его цитирует Фламмарион, очень любивший подобные проблемы):
«Внезапно воцарилось абсолютное молчание, которое можно сравнить только с тишиной после взрыва мины или с безмолвием только что взятого приступом бастиона. Это спокойствие центральной зоны, спокойствие внезапное и странное, которое вызывает скорее изумление, чем ощущение безопасности, настолько оно кажется противоестественным. Птицы, рыбы, саранча падали со всех сторон, и электрическое состояние атмосферы вызывало головокружение, какого никто из нас никогда не испытывал, выражавшееся в необычном оживлении у некоторых моряков, обычно очень сдержанных.
В эту своего рода воздушную бездну были затянуты массы птиц. Среди них было много принадлежавших к семейству голенастых, и это вместе с насекомыми и обломками растений доказывало, что тайфун прошел над островами».