— Давай без очевидностей. По делу.
— Ну-у-у, — тянет Тоша, поднимая взгляд к потолку. — Он еще не совсем препод, а только аспирант. Ездит на белой «Camry», обожает рубашки.
— Это все?
— Кать, если ты уже и так знаешь, что он не встречается со студентками, то...
— Скоро я перестану быть для него только студенткой, — заявляю решительно.
— Это как?
— Еще не придумала, но… — Ударяю краем своего бокала о бокал Тоши. — Это лишь вопрос времени.
— А тебе и правда полегчало.
Холодок тоски пролетает по кистям рук и поднимается к локтям, сжимаю пальцы и делаю несколько спасительных глотков. Легче не стало ни капли, но, по крайней мере, теперь мне будет чем заняться, вместо того, чтобы сидеть и жалеть себя.
— Тош, а у тебя как дела? — с искренним интересом спрашиваю я. — Что я пропустила?
— Целую жизнь, — усмехается он.
Первая бутылка вермута улетает незаметно, вторая не заставляет себя долго ждать. За окном стремительно темнеет, прохладный ветер сочится в комнату через приоткрытое окно. Болтаем с Тошей, перемывая косточки знакомым, темы сменяют друг друга так быстро, что мы едва успеваем переключаться, и все равно смеемся до коликов в животе.
— Знаешь, а я ведь и правда достойна большего! — Не рассчитав силу, хлопаю себя по груди и закашливаюсь.
— Конечно! — поддакивает Тоша, смазано кивая. — Ты достойна лучшего!
— И ты тоже! Ты тоже крутой!
— Да я самый крутой!
— Нужно избавляться от токсичных людей в окружении, они тянут нас на дно!
— Точно! Я не хочу на дно, там темно и холодно!
— Холодно? — хитро усмехаясь я. — У меня есть, чем согреться.
Встаю, опираясь на руки, и направляюсь к холодильнику. Открываю морозильную камеру и достаю недопитую бутылку текилы.
— Нет, Катя. Нет! Завтра на учебу!
— Мы не будем пить ее. — Я с громким стуком ставлю бутылку на стол. — Есть идея получше.
— Надеюсь, мы выживем.
— Как знать.
Точно по шатающемуся подвесному мосту шагаю в спальню, распахиваю шкаф и хватаю с нижней полки ворох одежды. Расшвыриваю вещи в стороны, пока не нахожу то, что нужно. Верчу в руках стрейчевую тряпку и презрительно фыркаю.
«Может, не стоит? Мы будем самыми красивыми на панели, если нас вдруг вышвырнут из универа», — язвительно хихикает внутренний редактор.
«Заткнись!» — мысленно отрезаю я и быстро переодеваюсь, чтобы устроить последнее дефиле этому безобразному черному платью.
Возвращаюсь на кухню и обнимаю дверной косяк. Провожу ладонью по стене, сгибая ногу в колене, а Тоша прижимает ладони к лицу.
— Мои глаза! — вопит он. — Глаза-а-а! Помогите! Полиция моды, срочно! У нас тут клинический случай!
Смеюсь до хрипоты, а Тоша все не унимается: