— Ну в отдел так в отдел, а вы… Где он? — Мавродиков посмотрел на Петрушкина.
— Кто?
— Директор, куда он делся?
— Давно ушёл. Позвать?
— Нет, не нужно. Это его кабинет. Приберись тут по-быстрому. Жду тебя и Михалыча в машине.
— Слушаюсь!
Мавродиков тоже ушёл ожидать в машину.
Домчались до Ленинска быстро. Служебная машина Мавродикова словно танк мчалась по дороге, а спец сигнал убирал с её пути все препятствия в виде движущихся сторонних машин. Оказавшись в комфорте дорогущей кожи, Максимка уснул ещё быстрее, поэтому не слышал короткого разговора между генералом Мавродиковым и Михалычем. Проснулся бесёнок уже у подъезда дома. Кое-как выбравшись из машины, он помахал на прощание генералу и молча поплёлся по загаженной лестнице коммунального дома на свой этаж. Позади него поднимался Михалыч. Кажется, он был чем-то озабочен после беседы с генералом, но Максимке сейчас было плевать. Утром выяснит.
— Тебе всю одежду менять надо. Всё порвано, — произнёс Михалыч, подымаясь следом за бесёнком.
Максимка автоматом сунул руку в карман шортиков. Он совсем забыл, что там аккуратно сложенная в несколько раз лежит десятка, честно стыренная у генерала из кабинета. Купюра была на месте. Убедившись, что он её не потерял, Максимка вытащил руку.
— Что там у тебя? — поинтересовался Михалыч.
— Ничего, — быстро ответил бесёнок.
— Ну как ничего, если ты что-то проверил!
— У меня не могут быть секреты?
— Могут, конечно, — согласился Михалыч и добавил, — главное, чтобы твои секреты не угрожали жизни другим людям.
— Не угрожают, — авторитетно заявил Максимка, — ключи давай или открывай сам.
Остановились на лестничной площадке последнего этажа. Михалыч молча порылся в кармане старой куртки и достал связку ключей. Выбрал нужный ключ, вставил его в замочную скважину и отпёр замок. Замок открылся, дверь распахнулась. Пахнуло знакомым запахом бедной коммунальной квартирки. Соседка, как всегда, варила свою вонючую капусту, от запаха и вкуса которой уже даже местные тараканы блевали по углам. После роскошной машины Мавродикова эта коммунальная пещера выглядела как помойка, коей в принципе и так считалась. Мяукнула кошка и протёрлась возле ноги Михалыча. Михалыч нагнулся и погладил её за ухом, кошка, довольная, ещё раз потёрлась и убежала. Отперев дверь в комнату, Михалыч и Максимка наконец попали домой. Устало бухнувшись на диван, Михалыч вытянул ноги и потянулся.
— Чем займёмся? — поинтересовался он у Максимки. — Может, телек включим?
— Ты его разбил как пару недель назад.
— Как это разбил? — не понял Михалыч.
— Ввалился пьяный ночью, тебе что-то не понравилось, и ты его пнул, он упал с подставки и больше не заработал.
— И ты только сейчас мне об этом говоришь?
— Пить надо меньше! Я первый в душ.
— Э-э-э! — возмутился Михалыч.
— Кто первый — того и тапки. Сделай лучше чаю, я быстро, — отозвался Максимка и захлопнул дверь ванной комнаты.
— Вот зараза хитрожопая! — проворчал Михалыч. — Выспался и снова взялся за своё…
Михалыч с грустью оглядел своё жилище.
«Что-то я упустил в последние годы», — мелькнула мысль в его голове.
Старая обветшалая мебель, которой место на помойке, запущенная комната, жить в которой нормальному человеку просто нельзя… Жизнь катилась под откос, и, по сути, ничего нет кроме работы и Максимки.
«Нужно что-то менять, иначе сдохну тут в этом клоповнике, и Максимка тоже. В дет дом его не отдадут, а вот в зоопарк запросто…» — размышлял Михалыч, а потом вспомнил про чай, встал с дивана и пошёл на кухню.