А вот Раха немного помедлила.
– Я должна извиниться за свои слова, господин Аматэру, – произнесла она тихо и немного смущённо. – На самом деле я не самого лучшего мнения о своих родных и буду не против остаться с вами.
– Даже так? – произнёс я медленно. – А почему тогда…
– Просто к слову пришлось, – смутилась она ещё сильнеи и добавила, пробормотав себе в тарелку: – А потом как-то неловко было правду говорить…
– То есть ты против меня ничего не имеешь?
– Да, – ответила она.
Не врёт.
– И против моего Рода?
– И против Рода. Ничего не имею.
– И нет нужды ждать от тебя каких-то пакостей?
– Конечно, – вскинулась она. – Я что… я… – не могла она подобрать слов. – Я не собираюсь причинять вред ни вам, ни вашему Роду, – выпалила Раха.
– А ты, Эрна? – спросил я.
– Конечно, нет, – ответила та спокойно. – Меня полностью устраивает нынешнее положение дел.
– Прямо-таки полностью? – усмехнулся я.
– Ну, – улыбнулась она, поведя плечом. – За вас бы я вышла с большим удовольствием.
И что на это ответить? О, пойдём по стопам знаменитого контрабандиста.
– Я знаю, – ухмыльнулся я.
Как ни странно, но дольше всех собирался именно я. Казалось бы, со мной в Токио возвращаются аж семь девушек, а поди ж ты. Сёстры Ямада наёмницы, им собраться пять минут, сестёр Каджо подгонял их дед, а Эрне и Рахе, в общем-то, ничего особо собирать и не нужно было. Меня же постоянно что-то тормозило. Документы, доклад Щукина, Махатхир, дела которого нужно было решить до отъезда. А дел у него после десанта малайцев и двух наших абордажей накопилось изрядно. Тем не менее вечно эта суета не могла продолжаться, и спустя три дня после возвращения на основную базу я всё же дал команду небольшой колонне машин трогать. Три месяца в чужой стране пролетели довольно быстро, так что пора возвращаться в Токио, где меня тоже ждет немало дел.
Глава 16
Самым удивительным в моём возвращении домой было то, кто именно меня встретил первым. Если кто-то думает, что это был слуга, то он ошибается. Хотя ворота в мой особняк открыл именно он – глава Семьи Ёсиока, Ёсиока Минору. Может, это был кто-то из моих друзей? Та же Мизуки вполне могла опередить всех и повиснуть у меня на шее. Но нет. Друзьям я решил сделать сюрприз, так что никто из них и не знал, что я возвращаюсь. Про Атарашики и вовсе молчу – не полезла бы она вперёд слуги, осталась бы чуть позади, дожидаясь, пока я сам к ней подойду. Собственно, она и стояла там, метрах в десяти от ворот. Кто-то наверняка подумал бы об Идзивару, но… это Идзивару, народ. Когда он вообще выбегал мне навстречу? Нет, кошак, как и всегда, устроился на заборе, презрительно поглядывая на то, что творилось у меня под ногами. Присев на корточки, я протянул руки к чёрному как смоль щенку лабрадора, который крутился у моих ступней и бешено махал хвостом. Стоило мне только приблизить к нему ладонь, малыш тут же поддел её головой и принялся лизать. Он прыгал на месте, крутился, облизывал мне руки, пытался на них взобраться, в общем, всячески показывал, как рад меня видеть.
Взяв его на руки и увернувшись от попытки облизать мне лицо, подошёл к Атарашики.
– Кто это? – спросил я.
– Маленький нахлебник, которого нашёл твой кот, – усмехнулась она. – Слуги зовут его Пират, но, насколько я знаю, он на эту кличку не откликается.
– Бранд… – произнёс я медленно.
И стоило мне только произнести кличку своего пса из того мира, как щенок заскулил с удвоенной силой, ещё сильней пытаясь дотянуться до моего лица и облизать. Ну а так как у него ничего не вышло, облизыванию подверглись руки.
Я никогда не видел Бранда щенком и не могу сказать, насколько он похож на этого, но чёрт возьми… Это чувство… Незамутнённое чувство счастья всякий раз, когда я возвращался после долгой командировки. Боже… как так-то? Этого ведь не может быть. Не может… Как такое вообще возможно?
– Синдзи? – окликнула меня Атарашики.
– Его зовут Бранд. Запомните это имя.
– Как скажешь, – пожала она плечами. – Но я ждала от тебя несколько иных слов.
– Ты просто не понимаешь… Не можешь понять…