Читать книгу «"Унесённый ветром" Компиляция. Книги 1-13» онлайн.

— Я не святой, Атарашики-сан, и никогда не претендовал на это звание. У меня более чем достаточно минусов, и я их осознаю. Поэтому довольно спокойно отношусь к различным подлостям и попыткам поиметь с меня что-либо. Если это только не откровенный негатив и агрессия.

— То есть, если тебя попытаются ограбить, ты всего лишь пожмешь плечами? — сыронизировала Атарашики.

— Я, несомненно, разозлюсь, обязательно попытаюсь отомстить, но обвинять кого-то в подлости, циничности или желании приумножить свои богатства за мой счет? Нет. Я сам такой. И совершая нечто подобное, я всегда держу в голове, что и против меня кто-то может действовать теми же способами. Альянс кланов, несомненно, нам подгадил, но это их право. Они нам ничем не обязаны. На них даже злиться-то не очень получается. И, собираясь устроить войну во всей Малайзии, я прекрасно осознаю, что это отнюдь не благородный поступок. Но тут одно из двух: либо незнакомые мне люди, либо очень даже знакомые. Выбор очевиден.

— Что ж, тут я с тобой согласна, — вздохнула Атарашики.

Вторая серия моих экзаменов подходила к завершению. А люди и техника «простолюдинского» альянса уже грузились на корабли. Всего несколько дней, и начнется. Официально всей операцией управляет сын Мартина Клаус. Неофициально — мы все. Клаус, конечно, умный мужик, но ни он, ни я опыта командования армией не имеем. Лично я максимум тактик. Это не значит, что моя башка не пригодна к военной стратегии, но опыта в этом у меня никакого. А Клаус и вовсе не военный. Его отец остается в Японии и будет поддерживать нас отсюда, а вот его брат Мориц отправляется в Малайзию вместе с племянником. Одзава с Кондо тоже остаются в Токио — здесь от них будет гораздо больше проку. Акеми едет в Малайзию, но отправится она туда вместе со мной.

Несколько слов и о появившихся у меня слугах. А если совсем точно, то о личных слугах. О них стоит упомянуть хотя бы потому, что данному семейству почти тысяча двести лет. Атарашики вызвала их из поместья в Токусиме, где они обычно и проживали, параллельно присматривая за ним. Теперь мне будут постоянно прислуживать три человека — старик и две блондинки-близняшки. Три человека из семьи, которая, получив камонтоку, наплевала на возможность иметь свой герб и осталась верна роду Аматэру. А ведь у Аматэру две такие семьи. Каджо в Токусиме и Махито, которые по возрасту даже чуть старше Каджо и являются бессменными управляющими самой старой гостиницы-онсэна в мире. Во всей Японии слуг с камонтоку имеют всего четыре рода, не считая императорского, а уж две подобные семьи слуг — лишь Аматэру и императорский род. Поэтому я просто не удержался, когда Атарашики предложила мне личных слуг, пояснив, в чем их особенность. Так старик еще и ранг Мастера имеет. Пока они жили вместе с Атарашики, но после моего представления общественности переедут ко мне. Как вариант, я мог прописаться у старухи в онсэне, но, черт возьми, она живет дальше, чем расположена моя база! Нет уж, я городской житель. Эта троица, к слову, со мной и в Малайзию поедет. Будет налаживать мой быт, пока я воюю. Ах да, чуть не забыл — близняшки окончили Высшую школу слуг и имеют ранг Воина.

Завершу данную тему двумя интересными фактами. Первое — монструозный род Фудзивара изначально был слугами Аматэру, и они единственные из доживших до наших дней бывших слуг этого рода. У других как-то не сложилось. Нужно было быть умнее и пойти по стопам Каджо и Махито. Ну и второе — ни разу Кента не сказал, в качестве кого он хотел бы видеть меня в клане, а уж предложений вступить в него было немало. Это Акено с Кагами были не прочь меня усыновить, но глава рода-то Кента. Вот и думай теперь, а не камонтоку ли ему от меня был нужен? Вряд ли, конечно. Я даже не говорю про род Бунъя, который может возмутиться, просто я потенциальный Повелитель огня, то есть Виртуоз, а достигшим этого ранга тоже дают герб. У клановых слуг еще и выбор появляется — либо глава клана даст, либо имперцы. Значит, Кенте нужно было бы привязать меня к роду покрепче, но и давать герб сыну дважды изгнанных — та еще идея. Так что выбор у него был, по сути, невелик: либо сделать меня слугой, либо отдать обратно в род Бунъя, либо дать герб. Забавно, что все три варианта по тем или иным причинам далеки от идеала. Со слугой все более-менее ясно, Бунъя, если бы хотели — или могли — забрать меня к себе, уже давно сделали бы это, а герб… Сын дважды изгнанных как-никак. Не уверен, что в клане уже забыли моих родителей. Взять в род Кояма тоже не вариант. Скажем так, с появлением сына у Кагами мой статус становится слишком неопределенным. Но это ерунда на фоне того, что Аматэру вышла из клана. И где теперь Кояма брать артефакты для передачи камонтоку? И будет ли принятие в род без этого полным? Так что, пожалуй, да — вариант с родом Кояма можно отбросить.

И вот этот день наконец настал. Я сдал последний экзамен! Теперь на целый год свобода от школы. В себе я достаточно уверен, но даже если где-то налажал, всегда можно пойти в другую. На Дакисюро свет клином не сошелся.

Атарашики сделала ход конем и приглашения на прием разослала лишь позавчера, а сам прием уже завтра. Нетипичный поступок, так как на подобные мероприятия приглашают, как правило, за неделю, а бывает, и за месяц. Три дня же — слишком мало. У деловых людей на полгода может быть все распланировано, а тут жалкие три дня. С другой стороны, в этот раз приглашений было выслано действительно много, и если кто-то не успеет поменять свой график, нам только лучше будет. Меньше народа, больше кислорода. Но это все мои домыслы, старуха отговорилась тем, что банально забыла распорядиться о рассылке, считая, что секретарь все сделал. Секретарь же к Атарашики и подошел с вопросом о том, когда же уже рассылать приглашения. Я все понимаю, все мы люди, но вот не верю в эту историю. Не могла Атарашики забыть о подобном. Притом что список был давно составлен, а императору она собственноручно приглашение написала и отправила. Хотя… Если она написала приглашение и отдала секретарю, могла и подумать, что тот заодно и остальные вышлет, а секретарь, не получив точных указаний… Да нет, не верю. Видел я того секретаря. У старика программный код в глазах бегает, он терминатор с компьютером в голове, такие люди не лажают по мелочам. По-любому уточнил бы.

Как я и сказал ранее, в этот раз приглашенных будет гораздо больше, в том числе и свободные рода, и рода из кланов, причем не только главные. Но приглашают все равно не всех подряд, иначе поместье Аматэру было бы забито людьми. Попали в список и Анеко с Мамио. На последнего я в этот раз решил не давить, просто попросил пригласить Анеко и молчать о моем участии. Ее я, кстати, тоже об этом просил. Вакия Тейджо, Тоётоми Кен, Райдон — вся наша компашка будет на приеме. Само собой, придут и Кояма. Насчет старика не знаю, он вроде как в Мюнхен улетел, а вот Акено и Кагами с дочерьми наверняка явятся. С чего бы им игнорировать Аматэру? Будут и другие коямовцы, но они меня не интересуют.

Ну а я на прием пойду в гордом одиночестве — на этот раз решил никого с собой не брать. Да и неудобно мне будет со спутницей. Одеться решил официально, то есть красный нагадзюбан — короткое нижнее кимоно — и черная накидка-хаори. Хакама — широкие штаны — были темно-серого цвета. Ну и хаори-химо — плетеный ремешок-завязка на пузе — белого официального цвета. Края хаори-химо обычно делали таким образом, что со стороны он больше на помпон походил, чем на ремешок-завязку. В моем случае с этим не усердствовали. Но это лишь та одежда, в которой я приду на прием. В особняке поместья меня уже дожидается другое хаори — с виду точно такое же, но в нужных местах у него золотой нитью вышиты камоны рода Аматэру, они же родовые изображения или гербы. Строгий стиль, дорогое исполнение — я определенно должен произвести впечатление на окружающих.

Сам прием вновь проходил на родовых землях в Токусиме. Приехал я в числе первых, так что пообщаться со старухой, которая принимала гостей, мне никто не мешал.

— Готов? — спросила она. — Сегодня твоя жизнь изменится кардинально.

— Я всегда готов к переменам, — усмехнулся я. — Сама-то как? У тебя жизнь тоже неслабый поворот делает.

— Нормально, — повторила она мою усмешку. — В моем случае почти любое изменение так или иначе будет к лучшему.

— Ты мне все-таки скажешь, почему так поздно приглашения выслала? — сменил я тему.

— Я же уже говорила, — фыркнула она.

— Мне в общем-то все равно, я тебе доверяю, но любопытство тем не менее гложет.

Немного помолчав, Атарашики со вздохом ответила:

— Это из-за Кенты. Мне сообщили, что кто-то интересовался тобой в службе опеки, а потом и прямо от лица Кояма спрашивал, кто сейчас является твоим опекуном.

— То есть старик все знает, — пожевал я губами.

— Не все, а то, что я твой опекун. Даже не так. Было это недавно, и я сомневаюсь, что ради этого его будут отрывать от дел в Мюнхене. Но если бы я начала рассылать приглашения как обычно, то он вернулся бы в Токио, где ему обо всем бы и сообщили.

— Опекун… — пробормотал я задумчиво. — Он может догадаться о принятии в род? В смысле это ведь довольно удивительно звучит. Я — и вдруг Аматэру.

— До такой мысли он вряд ли дойдет, — усмехнулась она. — А вот посчитать, что я решила сделать тебя слугой, он может.

— И в чем проблема? — не понял я. — Ну сказали бы мы ему правду, сразу отстал бы.

— Это если бы он пришел ко мне выяснять ситуацию, — кивнула она. — Что теперь и произойдет. Он, кстати, уже вернулся из Мюнхена. А вот если бы у него было время, то я не гарантирую, что Кента не стал бы пакостить из-за угла.

— Просто надо было сразу ему все рассказать и предупредить.

— С чего бы? — удивилась она. Ну или изобразила удивление. — С какой стати мы, Аматэру, должны о чем-то докладывать Кояма?

Ох уж эта родовая гордыня — «докладывать»! Просто информировать из соображений банальной логики, дабы избежать проблем. Надо же и головой думать, а не репутацией и традицией. До передачи мне камонтоку Кента мог хоть что-то сделать, а теперь все, поезд ушел. Я согласен, что для эпатажности и пафосности нам нужно объявить о моем вступлении в род неожиданно, то есть помалкивать об этом до приема и официального заявления. Чтобы, значит, больше шороху произвести и приковать побольше внимания к роду. Но уж Кенте, после того как его люди раскопали инфу про опекунство, нужно было рассказать. Зачем плодить проблемы?

И кстати, старуха вполне могла это сделать.