– Разве я не ухаживаю? Разве не прилагаю усилий, чтобы показать, что могу о тебе позаботиться?
– Похищение, а затем притворное ухаживание не считается, – огрызаюсь я. – Знаешь что? Я прекращаю попытки быть милой. Ты полон решимости неверно истолковывать все, что я говорю. Забудь, – я откидываюсь на кровать и натягиваю одеяло, повернувшись к нему спиной.
Он ложится рядом. Ну, разумеется. Этот пришелец не понял бы слова «нет», даже если бы оно укусило его за лицо. Я игнорирую его с полной решимостью поспать. Он хочет уснуть как пара? Прекрасно, это будет его первый опыт в постели с холодной и неприступной женушкой.
– Добро пожаловать в семейную жизнь, Раахош.
Я закатываю глаза, когда он тянется к моей руке и гладит ее.
– Ты передумала?
– Передумала? – я не поворачиваюсь, потому что, если это сделаю, он может получить кулаком в лицо.
– Насчет охоты. Ты не хочешь пойти со мной?
Я стискиваю зубы.
– Ты – придурок-шантажист.
Он приходит в замешательство и теребит мою руку, ожидая ответ, что выводит меня из себя так же сильно, как и его следующие слова.
– Я не понимаю этих слов. Что значит «придурок»?
– Лучшая характеристика твоего народа. Следующий вопрос?
Он фыркает, и я не могу понять, раздражен ли он моим ехидным замечанием.
– «Шан-та-жист»? Что это?
– Это ты, когда заставляешь меня делать то, что я не хочу, взамен на то, что я действительно хочу.
На этот раз он фыркает, выражая недоверие. Его длинные пальцы скользят по моей коже, и ее покалывает в ответ. Мой пульс бьется между ног, и я чувствую, что намокаю от одного его легкого прикосновения.
– Ты утверждаешь, что не хочешь. Но единственный, кто говорит об этом – твой рот.
– Ему тоже позволено иметь мнение.
– Он слишком часто выражает свое мнение, – язвительно замечает Раахош.
– И вот из-за подобного поведения секс тебе может только сниться, – я отстраняюсь от него. – Хватит меня лапать.
Он усмехается и наклоняется ближе. Его губы касаются моей кожи.
– Ах, время человеческого ритуала спаривания? Этот я уже видел.
Он накрывает рукой мою грудь, сжимая сосок.
Я шиплю и отталкиваю его руку, в то время как наши паразиты подпевают друг другу.
– Что ты делаешь?
Он возвращается к моей груди, его большая рука удерживает мои руки так, что я не в силах сопротивляться. Он начинает ласкать мою грудь и покусывать плечо.
– Ухаживаю за тобой, как ты и хотела. Ты говоришь не прикасаться к тебе… но это лишь часть человеческого обряда спаривания.
– Нет, это не так! – но затем я вспоминаю, как прижимала его лицо к своей киске и терлась о него. «Я не хочу, чтобы ты прикасался к ней».
Черт возьми. Кажется, я подала этому пришельцу неверные сигналы? Пришло время расставить точки над «и».