Зелье моей судьбы: читать начало книги онлайн

– Что?! Дочь от меня, и тебе? Да не бывать такому! Ты мне сына родишь! Вот сын будет самым сильным драконом в этом мире! Но ты его никогда не увидишь! Я об этом позабочусь!

С этими словами ректор яростно впился в мои губы. Сначала в моем сердце вспыхнул огонек торжества. Да! Будет по-моему! У меня будет дочь-ведьма от черного дракона! И случилась бы моя спонтанная инициация прямо здесь и сейчас, если бы ректор был бы хоть чуточку нежнее.

Но взбешенный дракон не миндальничал со мной. Он клеймил и терзал мои губы. Его руки больно мяли мою грудь. Но я почему-то не протестовала. Озарение случилось чуть позже. Когда дракон бесцеремонно и без затей полез ко мне под юбку. Я словно очнулась. И… просто отпустила свою силу. Сырую, не контролируемую, не обличенную в хоть какую-нибудь форму.

И природа на полянке словно взбесилась. По узкой ограниченной территории пронесся сумасшедший ветер. Над головой повисли не весть откуда взявшиеся тучи. А потом из земли вылезли узловатые корни и оторвали от меня ректора. Скрутили его и отшвырнули на дальний край полянки. Где немедленно собрались все тучи, и над головой покусившегося на несогласную ведьму ректора хлынул ливень, затапливая все вокруг. Грянул гром. И в довершении всего сверкнула молния. И тюкнула ректора прямо во встрепанную голову.

Я ойкнула. Все, теперь мне точно конец. Вряд ли ректор поверит, что этого я тоже не планировала. А он сам во всех своих бедах виноват.

И точно. Озверевший мужчина начал трансформироваться. Корни с сухим треском лопались на нем как обычные швейные нитки. Ну и силища! В восхищении оглядывая ректорскую фигуру, я обеспокоенно искала пути отступления, когда ректор вдруг замер на месте. Несколько секунд он стоял, не двигаясь, и прикрыв глаза. А потом вдруг раз! И исчез. Прямо в частичной трансформации. С обрывками корней на мужественных плечах. В мокрой одежде, с которой после ливня капало. И с растрепанной, подпаленной моей молнией прической.

Еще какое-то время я стояла на месте, замерев. И словно чего-то выжидая. А потом обессиленно опустилась на землю прямо там, где стояла. Истерзанные губы саднили. Во рту стоял солоноватый привкус крови. А на руке вызывающе поблескивал проклятый брачный браслет.

Сидела на земле я очень долго. Во всяком случае, когда наконец нашла в себе силы подняться, тело оказалось одеревеневшим и отказывалось повиноваться. А еще я ощутила, что сильно замерзла. Все верно. Сейчас уже хоть и поздняя весна, но земля еще холодная. И сидеть на ней продолжительное время не рекомендуется никому. Особенно молоденьким девушкам.

Слегка размяв онемевшие конечности, я устало побрела прочь с проклятой полянки. Мне крайне необходимо было обдумать все, что тут произошло. А еще согреться и поесть.

Ничем иным, кроме как некоторым оцепенением мозга, я не могу пояснить того, что со мной случилось дальше. А именно – я с размаху влетела головой во что-то упругое, довольно жесткое, и весьма нелюбезно отбросившее меня назад, на тропинку, с которой я только что пришла.

Приземлившись на попу и больно ударившись копчиком, я зашипела от злости: впереди, между двумя деревьями, надменно поблескивала золотистая дымка. Драконий полог! Чтоб тебя демоны поглотили! Сразу вспомнилось, как ректор виновато смотрит в глаза, обводя поляну рукой и говоря: «Извините, Адалия, за вот это». И то, как я сидела у теплиц почти до утра. Ну, драконище!

Не успев толком подумать о том, что я творю, я сорвалась с места и бросилась к пологу. Сидеть на полянке до утра одной маленькой, голодной и замерзшей ведьмочке? Да вы издеваетесь, господин ректор! Но руку все же вперед выставила. Еще раз приземлиться на многострадальный копчик не хотелось совершенно.

Я снова едва не упала. На этот раз зацепившись ногой за некстати подвернувшийся узловатый корень на краю тропинки. И ошеломленно замерла: по инерции я пролетела гораздо дальше того места, где поблескивала завеса. Драконище изволил вспомнить о брошенной на полянке адептке и снял полог? Я оглянулась, чтобы проверить свою догадку. И застыла. Золотистая завеса по-прежнему мерцала между двух деревьев. Там, где ее и установил ректор. Мне стало страшно.

Судорожно схватившись за ограничитель, я первым делом проверила состояние амулета. Камень не изменился. С этой стороны все было в порядке. Тогда откуда у меня появилась сила на преодоление драконьего полога? А тот катаклизм на полянке, которым я угостила ректора? У меня никогда раньше не получалось так воздействовать магией на растения. Я же не маг. Если только не…

В задумчивости я вернулась к пологу и осторожно, одним пальцем, коснулась пелены. Преграда была на месте. Эластичная, вроде бы податливая, но в то же время неимоверно прочная. Ее прочность мой лоб испытал на себе. Я усилила нажим. Но полог, ехидно сверкнув золотом, оттолкнул мою руку, не желая ее пропускать. Хмм… А если так?

Я убрала свой пальчик от полога и сменила руку. На этот раз я тянулась к магической завесе той рукой, на которую был надет родовой браслет лорда Солльера. И получила возможность пронаблюдать удивительнейшую метаморфозу: золотистая дымка мигнула, словно узнавая, легко поддалась, окутывая сначала пальцы, а потом и руку по мере продвижения золотистой дымкой, обволакивая ее словно перчатка. Вот тебе и раз. Кажется, меня приняли за свою благодаря браслету.

***

Я сидела на лекции по темным силам и задумчиво покусывала кончик своего пера. Профессор Анутис, который обычно вел у нас эту дисциплину, тоже пострадал в стычке с Прокаженными и до сих пор, уже третий день, находился в целительском крыле. Как и моя наставница. Присланный нам на замену аспирант откровенно не справлялся. Собственно, его слушали только пара заучек. Остальные занимались кто чем. Конечно, потом тему придется изучить самостоятельно. По Темным силам у нас экзамен. А для профессора Анутиса скучно и неубедительно поданный материал не аргумент, чтобы проходить его с нами повторно. Так что да, придется писать конспект самостоятельно. Но это лучше, чем вслушиваться в неуверенное и невнятное бормотание перепуганного аспиранта, которому доверили вести замену в выпускной группе. Лучше собственные проблемы обдумать. Конспект можно и вечером в комнате написать. А подумать девчонки не дадут.

Девчонки мучили меня расспросами третий день. И я третий день старательно увиливала от допроса под разными предлогами. А все потому, что не знала, как мне поступить. Я до сих пор не знала, что будет дальше с моей так называемой помолвкой. А все потому, что ректора третий день не было в академии. Каких только сплетен я не наслушалась за эти три дня! Самой распространенной была та, что родственники Октаэля пожаловались королеве на беспредел, творящийся в академии. И теперь у нас будет новый ректор. Обычный человек. Из числа приближенных короля. А прежнего ректора уже сослали на каторгу.

Я хихикала про себя. Хочу посмотреть на того идиота, который рискнет попытаться сослать на каторгу дракона! Да и обычному человеку никогда не справиться с магами-недоучками. Тут нужен только очень сильный маг.

Еще сплетничали, что ректору родня нашла наконец невесту. И он спешно отбыл для проведения брачного обряд и зачатия наследника. Эта сплетня рождала в груди глухую злость.

Но самую нелепую догадку высказал никто иной, как Регнор, несостоявшийся жених Толании. Кстати, после зачистки академии от знаков Прокаженных, с Регнора словно какое-то заклятье спало. И его поведение сильно изменилось. Ведьмочки сплетничали, что Толания сделала на Регнора приворот, считая того сыном наместника. А как исчезла она, исчезло и наведенное колдовство. И Регнор стал прежним. Так вот, Регнор всем рассказывал, что ректор по уши влюбился в какую-то из наших магичек. И теперь страдает от неразделенной любви. Глупость какая!

Меня это все уже не волновало. Я со страхом и нетерпением ожидала выхода наставницы из лазарета. Не представляла, как я буду ей рассказывать обо всем произошедшем, но говорить придется все равно. Хотя бы потому, что, несмотря на то, что ношу ограничитель, не снимая, мои силы сильно увеличились. И, кроме инцидента с ректором, я умудрилась едва не задушить плетями вьющегося туралина наглого Октаэля, который подкараулил меня вечером после занятий на следующий день, после того как я обнаружила на себе брачный браслет. Наверное, Октаэль всего лишь хотел поинтересоваться, как идут дела с зельем-противоядием. Но перед этим меня загнали в угол и пытали однокурсницы. И я была в несколько взвинченном состоянии. А туралин любезно отрастил несколько лишних плетей, чтобы примерно наказать нахала, покушающегося на девичью честь. И охотно спеленал боевика, предварительно показательно согнув его в одну очень красноречивую фигуру. И висеть бы потерявшему совесть сыночку наместника в кусте туралина, если бы не не вовремя проходивший мимо профессор Старски. Сильный маг легко распутал плети недовольно шелестящего растения и выпустил моего обидчика. Не даром в народе это растение называют Даром эльфийской девы.

– Именем короля! Требуем немедленно выдать преступника, покушавшегося на убийство члена королевского рода!

От громкой, убийственно-зловещей тирады, пронесшейся над территорией академии, подскочила не только я. Кто-то с грохотом уронил стул. У кого-то из рук выпал учебник. А я неудачно прикусила с испугу перо. И теперь у меня на груди красовались чернильные пятна. Я скривилась. Но оказалось, что это наименьшая из моих бед. Потому что внезапно распахнулись двери в аудиторию и на пороге появился важный и надутый как индюк господин в огромном малиновом берете со смешным куцым пером. Судебный пристав. Эту нелепую и зловещую форму хорошо знали во всех городах. В такой форме приходили обычно за чьей-то жизнью.

– Адалия Голлу! Вы арестованы по обвинению в покушении на жизнь…

Дальше я не слушала, в ужасе уставившись на ухмыляющуюся рожу Октаэля, который стоял позади судебного пристава. Почти не чувствовала боли, когда мне заломили руки под шокированными взглядами однокурсниц. Покорно пошла туда, куда повели. Словно все это происходило не со мной.

Но спокойствие мое разлеталось вдребезги, когда мы поравнялись с Октаэлем. И рогатый боевик гнусно ухмыльнулся: