Сюр сразу же ответил:
– Понятно кто. Это Гумар.
– Ой ли? – прищурилась Люба. – Девочки рассказывали, что вы тоже похаживали к ней, ну или она к вам. Она сама не знает, кто отец ребенка, и мучается.
– Это легко определить, Люба. Мы с ней не были вместе больше двух недель и… и она говорила, что у нее стоит блок от нежелательной беременности.
– Так то от нежелательной, Сюр. А она, видимо, пожелала…
– Пожелала? – недоуменно повторил Сюр… – Постой! – До Сюра наконец дошло. – Она что? Знает, что беременна?
– Да, знает. И не знает, кто отец. Она очень боится, что эти сведения станут известны вам или Гумару.
– Ах вот почему она не хотела идти в медблок! – произнес Сюр. – Она боялась нашей реакции на это известие, что я откажусь от ребенка, а Гумар ее бросит, если узнает, что ребенок мой. Так?
– Примерно.
– Ну тогда это точно ребенок Гумара. Она в него влюбилась. В меня нет. И раз беременность желанная, то это может быть только Гумар. А как узнать, кто отец? По ДНК? Волосы надо сдать на анализ?
– Ничего сдавать не надо. Ваши ДНК есть в базе данных медицинской аппаратуры, а отцовство мы сможем узнать месяца через три… Только…
– Что только? – насторожился Сюр.
– Вы ведь братья?
– Ну сейчас как бы да, а ранее нет. Мы имеем разных родителей.
– Вот в этом-то и странность, Сюр. У вас схожие ДНК, как у родственников.
Сюр опешил.
– Как?.. Как у родственников? Не может быть!..
– Но это именно так, Сюр, и определить отцовство будет, мягко скажем, проблематично.
– Вот это новость! – Сюр ухватился рукой за спинку кресла-каталки, придвинул его к себе и сел.
Он сидел, размышляя довольно долго, и чем больше думал, тем лучше понимал, как это могло случиться. У них обоих был Молчун-симбионт, выращенный из одной споры. А он, видимо, разбавил их ДНК своей ДНК. Поэтому они теперь как братья…
«Это надо будет уточнить с Гумаром», – решил Сюр.
– По-видимому, мне придется тебе, Люба, рассказать о нашей тайне с Гумаром. Но после того как ты ее узнаешь, ты или все держишь в сейфе в засекреченных файлах, или уничтожаешь сразу.
Люба искренне удивилась такому повороту.
– Даже так? – приподняла она бровки. – Я решу, как поступить с этой информацией. И если она слишком опасна, я ее уничтожу.
Сюр смотрел на андроида и не мог отделаться от чувства, что она живая.
– Люба, – спросил ее напрямую Сюр. – Я тебе нравлюсь? – Это был вопрос с подковыркой. Андроиды сразу бы ответили по вложенной программе или да, или нет. Но Люба внимательно посмотрела на Сюра и задумалась.
– У меня сложилось такое впечатление, – ответила она, – что я вас когда-то уже видела. Я чувствую, что мы знакомы, но вот где мы встречались, не могу вспомнить.
– Люба, Руди права. Вас трудно отличить от живой…
– Естественно, – улыбнулась Люба, – в меня вложена матрица сознания живой женщины…
Сюр открыл рот и так остался сидеть на кресле. Он некоторое время смотрел на девушку, и до него наконец стало доходить, чье сознание Гумар мог поместить в андроида.