— Ухожу с позором, — заявил он так, будто Витька был виноват в этом.
Очень неожиданный оказался старикан!
…Зоя пришла поздно. Не зажигая света, заглянула к Витьке:
— Ты спишь?
Ответа не последовало.
— Опять кто-то накурил, — сказала Зоя, принюхиваясь к темноте.
И шепотом засмеялась.
А эта Ленка Измайлова все-таки ответила!
Витька, еще не вскрыв, прощупал конверт, в котором было что-то жесткое, картонное.
Наверно, открытка с видом поселка, где она живет. Получила, наверно, Витькино послание с одной только фразой — «Следы от осколков есть» — и почувствовала свою вину. Теперь заглаживает. Подлизывается. Ох уж эти девчонки!..
В конверте оказалась ее фотокарточка. Вполне нормальное лицо. Темные волосы, гладко зачесанные и собранные сзади в «конский хвост». Веселые озорные глаза. Или потому, что улыбается? На щеке родинка. Пионерский галстук, почти как бант.
Девчонка как девчонка.
Мало, что ли, таких на свете?
На обороте было написано:
«Это я. Спасибо, что разузнал насчет осколков. Пиши мне про все интересное. Лена Измайлова».
Витька еще раз посмотрел на фотокарточку.
И вдруг в голове у него мелькнула идея, рассмешила, погнала Витьку к столу, заставила перерыть весь ящик, битком набитый всяческой дребеденью.
Вот она!
Это была та самая фотокарточка, где Витька изображен с окладистой бородой и гусарскими усищами. То-то будет потеха, когда ей вручат сей портрет!
На другой стороне Витька начертал: «А это я. Будем знакомы, Витя Егоров».
И в тот же день, с тем же разудалым настроением, отправил этот свой «портрет» Лене Измайловой.
А на следующее утро, к великому изумлению, снова получил от нее весточку. Не ответ на Витькину бороду — рано еще, он еще впереди, а ярко-красную поздравительную открытку.
Когда он открыл ящик для писем и газет, из него, как разноцветный листопад, посыпались на пол праздничные открытки. Три штуки Зое, две маме и одна — вот эта, ярко-красная, с Кремлевской башней и знаменами. Лена писала: «Здравствуй, Витя. Поздравляю тебя с наступающим праздником Великого Октября. Желаю хороших отметок в четверти и вообще разных успехов. В этот день ты, наверно, пойдешь на демонстрацию на Дворцовую площадь. Как я тебе завидую! У нас демонстрации не бывает. Мы будем только смотреть ее по телевизору. Напиши мне, как ты проведешь праздник. Лена Измайлова».
Все это, честно говоря, огорошило Витьку. Переписка с Леной принимала серьезный оборот, а тут прямо заставила его призадуматься, поскрести затылок.
Прежде всего, она его поздравила с наступающим праздником, а он и пальцем не шевельнул. Даже в голову не пришло. Во-вторых, Витька не сообразил, что его бородатая физиономия появится там как раз на праздники, и вся эта затея выставит его в самом неподходящем виде. И наконец, ведь правда, что у них в небольшом поселке демонстраций не бывает, и Лена всерьез может завидовать Витьке, живущему в Ленинграде.
Надо было как-то исправляться.
Но — как?
Утром седьмого ноября посыпал снег, и мама, которая на все праздники оставалась дома, сказала Витьке: