– Сорок пять минут, сэр, если мы ничего не предпримем.
– Сначала кое-что еще, мистер Реннер. Удерживайте нас рядом с парусом, прямо в этом месте, – Род подключил другую линию, чтобы соединиться с канонирами. – Кроуфорд? Осветите-ка этот парус и посмотрите, можно ли найти соединительные стяжки. Я хочу, чтобы вы отрезали этот парашют, прежде чем они снова обожгут нас!
– Слушаюсь, сэр! – Казалось, Кроуфорда обрадовала эта перспектива.
Всего оказалось тридцать две стяжки: двадцать четыре вдоль края круглого тканевого зеркала, и круг из восьми ближе к центру. Конические вздутия ткани показывали, где они находятся. Задняя часть паруса была черной, поблескивая испарениями от атаки носовых лазерных батарей.
Наконец, парус был освобожден и поплыл к "Макартуру", вздымаясь и покрываясь рябью. И вновь корабль прошел сквозь него, словно тот был бумажной тканью во много квадратных километров.
А кокон пришельцев начал свободное падение к звезде Ф8.
– Тридцать пять минут до столкновения, – сказал Реннер, хотя его никто не спрашивал.
– Спасибо, мистер Реннер. Командор Каргилл, принимайте управление. Будем брать кокон на буксир, – сказал Род, испытывая искреннее веселье при виде удивления Реннера.
– Но ведь… – начал Реннер, указывая на изображение Кала, растущее на экранах мостика. Прежде чем он успел сказать что-либо еще, "Макартур” рванулся вперед на шести "же", причем тяжесть выросла мгновенно. Указатели приборов дико задергались, когда корабль понесся прямо к солнцу.
– Капитан? – Сквозь бешеный стук крови в ушах Блейн все же услышал вызов своего эксека. – Капитан, какие повреждения мы можем вынести?
Говорить было очень трудно.
– Любые, если они не помешают нам добраться до дому, – прохрипел Род.
– Вас понял. – Затем Каргилл заговорил по интеркому. – Мистер Поттер? На ангарной палубе вакуум? Все затворы шлюзов сложены?
– Да, сэр. – Вопрос был неуместен при боевой тревоге, но Каргилл был осторожным человеком.
– Открыть дверь ангара, – приказал он. – Капитан, мы можем лишиться люков ангарной палубы.
– Все в ваших руках.
– Я введу кокон на борт быстро, не теряя времени на уравнивание скоростей, и у нас будут повреждения…
– Сейчас командуете вы, командор. Приказывайте.
По мостику пополз красный туман. Род заморгал, но он не исчез, распространяясь не в воздухе, а на сетчатке его глаз. Шесть "же" – это было слишком много. Если кто-нибудь потеряет сознание… все может пойти насмарку.
– Келли! – Рявкнул Род. – Когда корабль повернется, берите морских пехотинцев, отправляйтесь на корму и перехватывайте все движущееся от кокона! И шевелитесь! Каргиллу не удержать ускорения!
– Слушаюсь, сэр. – Даже при шести "же" голос Келли, похожий на скрежет гравия, был тем же самым.
Кокон был в трех тысячах километров впереди, невидимый даже в самый лучший визир, но непрерывно растущий на экранах мостика, растущий, но медленно, слишком медленно, тогда как Кал, казалось, растет слишком быстро.
Четыре минуты ускорения в шесть "же". Четыре минуты агонии, а затем завыли сирены. Это был момент счастливого облегчения. Пехотинцы Келли промчались по кораблю, двигаясь в поле низкой гравитации, пока "Макартур" разворачивался на месте. Там, где они должны были перекрыть выходы с ангарной палубы, не было противоперегрузочных лож. Путаница тонких ремней поддерживала часть из них в коридорах, тогда как остальные разместились в пространстве ангара, вися как мухи в паутине, с оружием наготове. Наготове, но для чего?
Снова взревели сирены, и снова приборы как будто сошли с ума, когда "Макартур" начал тормозить перед коконом. Род с трудом повернул свои экраны. На них была ангарная палуба, холодная и темная, и смутные контуры внутренней поверхности корабельного защитного Поля черного цвета. Хорошо, подумал он. Поле погасит вращательное движение кокона, если оно имеется, и сделает столкновение таким растянутым, что "Макартур" сможет им управлять.
Еще восемь минут при шести "же" – максимум того, что может выдержать команда – а затем пришелец больше не был впереди, потому что "Макартур" повернулся и подошел к нему боком. Сокрушительное ускорение кончилось и последовал толчок снизу, когда Каргилл выстрелил из батарей левого борта, чтобы замедлить их движение к кокону.
Тот имел цилиндрическую форму с одним закругленным краем, а когда повернулся, Род заметил, что другой край усеян множеством выступов – тридцать два выступа? – но там, где должны были находиться стяжки, не было ничего.
Кокон двигался к "Макартуру" слишком быстро и был слишком велик, чтобы поместиться на ангарной палубе. Он был массивен, чертовски массивен, а с борта не было ничего тормозящего, кроме лазерных батарей!
Он был уже ЗДЕСЬ. Камера ангарной палубы показала закругленный конец пришельца, тусклый и металлический, протискивающийся сквозь Поле Лэнгстона, постепенно замедляясь. Вращения у него не было, однако он еще двигался относительно "Макартура”. Борт крейсера все приближался, закругленный конец кокона становился все больше и больше, и, наконец – СКРЕЖЕТ…
Род помотал головой, чтобы избавиться от снова начавшего формироваться красного тумана.
– Уходим отсюда. Мистер Реннер, принимайте управление.