Хмурость Рода исчезла. Он широко улыбнулся. Профессиональная зависть Хорвата не была ни комичной, ни патетичной, она была просто неизбежна, так же неизбежна, как его вера в то, что должность определяет его компетенцию, как ученого.
– Успокойтесь, доктор, – сказал Род. – Сэлли оказалась в Комиссии не из-за своих научных способностей. Императора интересовала не компетенция, а интерес. – Он едва не сказал "преданность", но этого делать не следовало. – Кстати, то, что вы не были названы немедленно, – Род подчеркнул это слово, – является комплиментом.
Брови Хорвата поползли вверх.
– Простите?
– Вы ученый, доктор. Ваша жизненная философия – это объективность, верно?
– Более или менее, – согласился Хорват. – Хотя с тех пор, как я покинул лабораторию…
– Вы боролись за ассигнования. Даже будучи вовлеченным в политику, вы находили время, свободное от административных обязанностей, и помогали своим коллегами.
– Э… да. Спасибо. Немногие люди понимают это.
– Следовательно, ваше отношение к моти должно быть таким же: объективным и далеким от политики. Но это не самый лучший курс для Империи. Ваши действия не отвечали бы требованию момента. С другой стороны, Его Величество знает, что Сэлли и я ставим Империю превыше всего. Нам внушали это с первого дня после рождения. Мы не можем претендовать на научную объективность там, где затрагиваются интересы Империи. – Если и это не пригладит его перья – черт с ним!
Однако, это подействовало. Конечно, Хорват не развеселился и явно не отказался от попыток получить место в Комиссии, но он улыбнулся и пожелал Роду и Сэлли счастья. Род счел себя свободным и вернулся к Сэлли с чувством выполненного долга.
– Не могли бы мы сказать моти хотя бы до свиданья? – умоляюще спросила Сэлли. – Род, не могли бы вы убедить его?
Род беспомощно взглянул на адмирала.
– Мояледи, – сурово сказал Кутузов, – я не хочу обманывать вас. Когда моти прибудут на Новую Шотландию, ими займетесь вы, а не я, и вы будете говорить мне, что нужно с ними делать. Но пока этого не случилось, моти под моей ответственностью, и я не собираюсь менять условий их содержания. Доктор Харди может передать им любое послание.
Что бы он сделал, если бы Род и я приказали ему пропустить нас к ним? – подумала она. – Как члены Комиссии. Нет, это вызвало бы скандал, а Род, кажется, считает адмирала полезным человеком. Случись это, они никогда не смогли бы работать вместе. Кроме того, Род может и не сделать этого, даже если я попрошу его.
– Дело в том, что эти моти не такие уж и друзья, – напомнил ей Харди. – Они так мало контактировали с людьми, что я почти не знаю их. Уверен, что все изменится, когда мы прибудем на Новую Шотландию. – Харди улыбнулся и сменил тему. – Я уверен, что вы сдержите свое обещание и подождете с женитьбой до возвращения "Ленина".
– Но я хочу, чтобы нас обвенчали вы, – быстро сказала Сэлли. – Мы будем ждать вас!
– Спасибо. – Харди собирался сказать что-то еще, но тут кают-компанию пересек Келли и отсалютовал Роду.
– Капитан, я перенес ваши вещи и вещи леди Сэлли на "Гермес". Они просят поторопиться.
– Моя совесть, – улыбнулся Род. – Но он прав. Сэлли, нам пора. – Он глубоко вздохнул. – После такого обеда тяжело будет оказаться при трех "же".
– Я тоже должен идти, – сказал Кутузов и неловко улыбнулся. – Прощайте, леди! И вы тоже, капитан. Желаю удачи. Вы были хорошим офицером.
– Почему… Спасибо, сэр. – Род обвел взглядом кают-компанию и заметил Бари, пересекающего комнату. – Келли, адмирал принимает ответственность за Его Превосходительство…
– С вашего разрешения, канонир Келли продолжит командовать морскими пехотинцами, несущими охрану, – сказал Кутузов.
– Конечно, сэр. Келли, будьте чертовски осторожны, когда вернетесь на Новую Шотландию. Он может попытаться бежать. Понятия не имею, что он задумал, но приказ достаточно ясен, и мы должны продолжать его охрану. Он может попытаться подкупить одного из ваших людей…
Келли фыркнул.
– Лучше бы ему не пробовать.
– Да. Что ж, до свидания, Келли. Не дайте Набилу всадить вам кинжал в бок. Я хочу, чтобы вы были со мной на Новой Шотландии.
– Да, сэр. И будьте осторожны, капитан. Маркиз убьет меня, если с вами что-нибудь случится. Он сказал это, прежде чем мы покинули Круцис Корт.
Кутузов громко откашлялся.
– Наши гости должны срочно покинуть нас, – объявил он. – Поздравим их еще раз.
Род и Сэлли вышли из кают-компании, сопровождаемые криками, среди которых были и пьяные. Прием, похоже, заканчивался.