– Да, пожалуй, – быстро сказала Сэлли. – Вам нужен геолог. Я пыталась копать, чтобы получить образцы горных пород, но не поняла природы Мошки-1. Там нет ничего, кроме руин, состоящих из еще более древних руин.
– Вы хотите сказать, что у них нет коренных пород? – спросил Каргилл.
– У них есть коренные породы, командор, – ответила Сэлли. – Граниты и базальты. Но нет мест, где бы то, что образует планету, выходило наверх. Они все были использованы для стен, черепицы, крыш. Я не нашла ответа в музее и не смогла получить его от них.
– Подождите минутку, – сказал Род. – Вы хотите сказать, что выходили и начинали копать наугад, и где бы вы это не делали, вы находили останки города? Даже на полях фермеров?
– У меня было не так много времени для раскопок, но где бы я ни копала, под землей всегда что-нибудь было. Я понятия не имею, где это кончается! Капитан, под глинобитными хижинами там был город, похожий на Нью-Йорк 2000 года н. э. Думаю, у них была цивилизация, разрушенная примерно две тысячи лет назад.
– Это может объяснить ошибки наблюдений, – сказал Род. – Но… они кажутся слишком сообразительными для этого. Почему они допустили падение цивилизации.
– У меня есть идея, – сказала Сэлли. – Заражение воздуха… Не было ли здесь загрязнителя вроде двигателей внутреннего сгорания Земли времен совладения? Допустим, у моти была цивилизация, основанная на ископаемом топливе, и оно кончилось? Разве не должны они были вернуться в Железный Век, прежде чем сумели развить ядерный синтез и физику плазмы? Похоже, у них крайне мало радиоактивных РУД.
Род пожал плечами.
– Значит, геолог может во многом помочь… и он гораздо более необходим на это место, нежели доктор Бакмен. Полагаю, это решено, доктор Хорват?
Министр по науке мрачно кивнул.
– Но все равно мне не по душе вмешательство Военного Флота в нашу работу. Скажите ему, доктор Харди. Это необходимо прекратить.
Священник-лингвист, казалось, был удивлен. Он сидел в самом конце комнаты, ничего не говоря, но внимательно слушая.
– Что ж, Энтони, я согласен, что геолог более пригодиться на поверхности планеты, чем астрофизик. И… капитан, я оказался в уникальном положении. Как ученый, я не могу одобрить всех этих ограничений, налагаемых на наши контакты с Моти. Как представитель Церкви, я имею невыполнимую задачу, а как офицер Военного Флота… думаю, что должен согласиться с адмиралом.
Все удивленно повернулись к полному священнику.
– Я изумлен, доктор Харди, – сказал Хорват. – Вы видели хотя бы малейшие доказательства военной деятельности на Мошке-1?
Харди крепко сжал перед собой руки и заговорил, глядя поверх кончиков пальцев.
– Нет. И это, Энтони, беспокоит меня. Мы знаем, что у моти есть войны: класс Посредников был создан – вероятно, создан сознательно – чтобы прекратить их. Не думаю, что они всегда добиваются успеха. Но тогда почему моти прячут от нас свое оружие? Напрашивается ответ, что по той же причине, что и мы, но подумайте: мы не скрываем факта обладания оружием, и даже того, какова его природа. Тогда почему это делают они?
– Вероятно, стыдятся перед нами, – ответила Сэлли. Увидев лицо Рода, она вздрогнула. – Я сказала это не в буквальном смысле… Но они цивилизованы дольше нас, и могут стыдится своего бурного прошлого.
– Возможно, – признал Харди и понюхал свой коньяк. – А возможно, и нет, Сэлли. У меня такое чувство, что моти прячут что-то важное… и прячут это, так сказать, под самым нашим носом.
Долгое молчание нарушило фырканье Хорвата.
– А как они могут делать это, доктор Харди? Их управление слагается из неофицальных переговоров представителей класса отдающих приказы. Каждый город выглядит почти автономным. На Мошке-1 едва ли есть планетарное правительство, и вы думаете, что они способны сговориться против нас? Это не очень-то правдоподобно.
Харди снова пожал плечами.
– Судя по тому, что мы видели, доктор Хорват, вы, конечно, правы. И все-таки не могу избавиться от чувства, что они что-то прячут.
– Они показали нам все, – не сдавался Хорват. – Даже хозяйства отдающих приказы, где обычно они не принимают посетителей.
– Сэлли уже говорила об этом перед вашим приходом, – быстро сказал Род. – Скажите, как живет правящий класс моти? Подобно Имперской аристократии?
– Это лучшее сравнение, чем вы можете думать, – буркнул Хорват. Два сухих мартини заметно опьянили его. – Имеется много общего… хотя у моти совершенно отличная от нашей концепция предметов роскоши. Впрочем, некоторые вещи общие. Земля… слуги… и тому подобное. – Хорват взял еще один бокал и стал греть его содержимое.
– Мы действительно посетили двух хозяев. Один живет в небоскребе возле Замка и, похоже, контролирует все здание; магазины, освещение, сотни Коричневых, Красных, Рабочих и… дюжины других классов. Другой, кстати агроном, очень похож на сельского барона. Рабочие живут в длинных рядах домов, а между рядами находятся поля. Этот "барон" живет в самом центре всего.
Род подумал о своем родном доме.
– Круцис Корт тоже окружен деревьями и полями, но, конечно, все деревни были укреплены после Гражданских Войн.
– Странно, что вы сказали это, – буркнул Хорват. – Тамтожебы-ло место, укрепленное по образу этого "баронства". Большой атриум в самом центре. Вообще: что касается этого вопроса, во всех жилых небоскребах нет окон на нижних этажах, и есть большие сады на крышах. Полное самообеспечение. Это выглядит весьма воинственно. Мы не сообщали об этом наблюдении адмиралу: он наверняка обнаружит в нем милитаристические тенденции?