– Она никогда не опробовалась, – сказала Моти. – Базовая теория могла оказаться с изъяном.
Машина выглядела как маленький циклотрон с кабиной внутри… Она почти имела смысл, подобно генератору Поля Лэнгстона.
– Значит, вы можете в любое время официально потребовать любое транспортное средство? – спросил Реннер у своей Моти.
– Именно так. Наш талант – это общение, но наша главная задача – предотвращение стычек. Сэлли познакомила нас с вашими, если так можно выразиться, расовыми проблемами, включая оружие и рефлекс капитуляции. Мы – Посредники – развиваем это. Мы можем объяснить одному существу точку зрения другого. Некоммуникабельность может порой принимать опасные пропорции – обычно так бывает перед войной, когда статистические случайности заставляют вас поверить в совпадение. Если каждый из нас всегда может взять любое транспортное средство – или, скажем, телефон или радио – войны становятся маловероятными.
Это произвело на людей пугающее впечатление.
– Очень хорошо, – сказал Реннер, затем продолжал:- Интересно, а можете ли вы потребовать "Макартур”?
– Согласно закону и традиции – да. На практике – мы не настолько глупы.
– О’кей. А эти существа, сражающиеся вокруг машины времени…
– Легендарные демоны, – объяснил Моти Бари. – Они защищают структуру реальности.
Реннер вспомнил древние испанские картины, датированные временами Черной Чумы в Европе, картины, на которых живых мужчин и женщин атаковали ожившие и злобные мертвецы. Рядом с белыми моти эти красные существа казались невероятно тощими и костлявыми, и злоба их была почти осязаема.
– А зачем была нужна эта машина времени?
– Посредник чувствовал, что некое событие истории произошло из-за недостатка общения. Он решил исправить это. – Моти Реннера пожала плечами – точнее, сделал похожий жест руками, поскольку моти не могли поднимать плеч. – Безумный Эдди. Зонд Безумного Эдди был чем-то подобным. Возможно, он требовал намного меньше работы. Наблюдатель неба – метеоролог – обнаружил существования жизни на мире, вращающемся вокруг ближайшей звезды. Сейчас же этот посредник Безумного Эдди захотел связаться с ними. Он собрал огромный капитал и промышленную мощь, достаточную, чтобы воздействовать на большую часть цивилизации. Этот его зонд был построен, усилен солнечным парусом и батареей лазерных пушек для…
– Это звучит весьма знакомо.
– Верно. Зонд Безумного Эдди действительно был запущен к Новой Каледонии, но много позднее и с другим пилотом. Мы полагали, что вы явитесь к месту его запуска.
– Что мы и сделали. К несчастью, экипаж погиб, но зонд достиг нас. Но почему вы по-прежнему называете это зондом Безумного Эдди? Впрочем, это пустяки, – сказал Реннер. Его Моти хихикнула.
Два лимузина ожидали их перед Музеем и вниз, до уровня улицы были опущены ступеньки. Крошечные двухместные машины объезжали препятствие не замедляясь, но и не сталкиваясь с ним.
Стели спустился вниз.
– Мистер Реннер! Смотрите!
Реннер взглянул туда. Одна из машин остановилась рядом с большим зданием, перед которым не было обочины. Коричневый шофер и его белый пассажир вылезли, и Белый быстро повернул за угол. Коричневый освободил два укрытия внутри рычага, а затем сделал резкое движение. Машина сложилась как гармошка во что-то шириной в полметра. Коричневый повернулся и последовал за Белым.
– Они складываются! – воскликнул Стели.
– Конечно, – сказала Моти Реннера. – Представьте себе давку на улицах, если бы этого не было! Но давайте садиться в машины.
Когда они расселись, Реннер сказал:
– Я бы не поехал в этой маленькой смертельной ловушке даже за все деньги мистера Бари.
– О, они вполне безопасны, – сказала Моти Реннера. – То есть не МАШИНА безопасна, а ШОФЕР. Коричневые постоянно возятся со своими машинами, так что поломок быть не может.
Лимузины тронулись. Как только они отъехали, появились Коричневые и принялись демонтировать ступени.
Здания вокруг них всегда стояли прямоугольными блоками, а улицы образовывали решетку. Для Хорвата этот город был явно сделанным, а не чем-то, выросшим естественным образом. Кто-то спланировал его и приказал построить. Все ли города были похожи на этот?
Да, решил он, все. Но не по сути своей, а в такой вещи, как освещение улиц. Местами это были широкие элеткролюминисцентные полосы вдоль зданий, местами – предметы, похожие на плавающие в воздухе пузыри, которые ветер не уносил прочь. Еще где-то вдоль улиц, по их центру, тянулись трубы, а местами не было вообще ничего, заметного в это время дня.
И эти похожие на ящики машины – каждая была немного другой в размещении фар или способе парковки машины складыванием вовнутрь самой себя.
Лимузины остановились.
– Мы на месте, – объявила Моти Хорвата. – Это зоопарк. Заповедник Жизненных Форм, если быть более точным. Вы увидели, что это сделано больше для удобства жителей, чем для посетителей.