– Готовится?! – кричит Турн. – Но, когда они приготовятся, грабителей уже и след простынет!
Тут она замечает что-то, от чего настроение улучшается: к заправке приближаются два микроавтобуса со спецназом. В этот момент жужжание усиливается: белый вертолет спустился ниже. Видимо, пилот тоже заметил спецназ.
Турн кивает сама себе: этих ребят можно смело отправлять в здание.
– Наконец-то, – бросает она вконец растерявшемуся Палле Линдалю.
86
05.40
Микроавтобусы подъезжают к заправке и останавливаются прямо у импровизированного командного пункта, где расположилась Турн. Из первого выходит командир спецназа – внушительный мужчина больше двух метров ростом, с коротким ежиком на голове и размахом плеч, как у бодибилдеров.
– Кто здесь главный? – рявкает он.
Турн показывает на себя. Мужчина равнодушно кивает и оглядывается на здание, над которым жужжит вертолет.
– Хотите, чтобы мы его спустили?
– Спустили?
– Ну да, стрельнем по нему пару раз, – самоуверенно говорит командир.
Турн смотрит на вертолет. Похоже, этот полицейский-бодибилдер сошел с ума: стрелять по вертолету на такой малой высоте предполагает риск, что тот взорвется и упадет прямо на жилой дом. Что он несет? Но Турн не успевает ответить, как из микроавтобуса высовывается Палле Линдаль:
– Похоже, они сматываются!
В руке у него ноутбук, готовый наглядно подтвердить слова хозяина с помощью изображений с камеры. Турн разворачивается к командиру:
– Начинайте штурм здания. Прямо сейчас. Возьмите их, пока не стало слишком поздно.
Теперь Палле Линдалю наконец представилась возможность доказать, что он не врал, когда говорит о том, что может открыть с ноутбука любую дверь.
Дважды повторять не требуется: командир уже несется к своим бойцам. Турн смотрит на часы. Почему не звонит пилот?
87
05.41
Джек Клюгер дышит слишком часто. У него гипервентиляция и, поскольку в организм поступает слишком мало кислорода, начинают трястись руки. Это случалось прежде – и не раз. Он говорит себе, что должен успокоиться, дышать глубже, втягивать воздух в легкие. Но у него не получается.
Время идет, а ничего не происходит. Их нет уже тридцать минут, тридцать. Должно быть, что-то случилось. Сколько ему еще ждать, сколько еще висеть над самой крышей? Может, улететь к чертовой матери?
У Клюгера нет никакой связи с грабителями.
Чего они ждут?
В этот момент загорается лампочка индикатора уровня топлива: красный свет пульсирует в темной кабине с безжалостной частотой. Вот уже совсем не до шуток. Пульс в висках Клюгера, казалось, подстраивается под частоту красной лампочки. На земле под ним синие огни полицейских мигалок бросают на неподвижное здание свои длинные и скользкие языки. Мощные кирпичные стены и немного подсвеченные окна держат происходящее внутри в тайне.
Из стеклянной пирамиды бьет такой яркий свет, что Джек Клюгер не может их пропустить, и все же он осторожно подвигается на пару десятков сантиметров вперед и отчаянно смотрит на выступающую из разбитого проема в окне лестницу.
Ни движения, ни теней – ничего.
На крыше пусто.
Красная лампочка индикатора топлива освещает его лицо. В голубых глазах отражаются синие огни полицейских машин вокруг здания. Они все прибывают.
Пилот не замечает, что вспотел, что дышит слишком часто и поверхностно.