– Послушай, Сами, – начал Али, отправляя в рот очередную ложку с десертом, – мне правда кажется, что с нами тебе будет лучше. Забудь об этом деле, оно все равно вряд ли выгорит.
– Мы зашли уже слишком далеко, чтобы бросить, – начал сопротивляться Сами.
– Порой нужно пройти какой-то отрезок пути, чтобы увидеть правду, – мудро сказал Али и метнул взгляд на Адиля, который согласно кивнул.
Около одиннадцати Сами расстался с братьями и поехал домой. В последние недели он все время где-то пропадал, и Карин не забывала лишний раз напомнить ему о его обязанностях. Впрочем, случались и такие вечера, как этот.
Когда он вошел, Карин с малышами сидела на диване в гостиной. Увидев мужа, она улыбнулась.
– Что такое? – нахмурился Сами.
– Я посмотрела чудесную романтическую комедию и вспомнила, почему разрешила тебе уговорить меня тогда.
– Уговорить? И как же я тебя уговорил?
– Ведь я могла бы отказаться снять одежду, по крайней мере нижнее белье, но я этого не сделала. Ты меня уговорил.
– У меня ораторский талант, – улыбнулся Сами.
– Может быть. А еще ты влил в меня приличное количество водки.
– Одно другого не исключает.
Он бросил куртку на кресло и сел рядом с ней, хотя и был настороже: ему казалось, что жена почуяла неладное. Вчера и позавчера она повторила свою мантру: их отношения держатся на том, что он не делает глупостей. Карин переживала не из-за других женщин – насчет этого она была спокойна, зная, что Сами любит ее со старших классов и она для него незаменима.
– К чему эти слова? – спросил он тогда. – Я ничего такого не делал.
– Просто напоминаю.
Чертова женская интуиция! Сами обнял и притянул к себе жену.
– А мне кажется, ты сняла лифчик еще до того, как я успел это предложить, – сказал он, приблизившись к ее лицу настолько, что чувствовал запах ее помады.
Карин улыбнулась и высвободилась из его объятий.
– Во все другие вечера да, но не в первый раз, – улыбнулась Карин, высвобождаясь из объятий, чтобы снять кофту.
35
Утром в среду девятого сентября комиссар уголовной полиции Каролин Турн вышла из здания компании «Панаксия» в Бромме. До крупнейшего ограбления в криминальной истории Швеции оставалось шесть дней. Турн провела в большом светлом конференц-зале на третьем этаже «Панаксии» больше часа, проигрывая возможные сценарии с руководством предприятия и не скрывая серьезность положения. Аэропорт Броммы находится совсем неподалеку, и над зданием то и дело пролетали самолеты.
Перед Турн стояла сложная задача: нужно было подготовить сотрудников компании к тому, что ожидается, но при этом не рассказать слишком много. Если произойдет утечка информации, грабители изменят планы. В то же время, если она что-то утаит, и кто-то из сотрудников пострадает, это будет ее вина.
«Панаксия» как раз готовилась к переезду – некоторые отделы теперь будут находиться в другом месте.
Переезд был запланирован на шестнадцатое сентября, то есть ровно через неделю. До этого дня предприятие будет уязвимее обычного, так что «хорошо, что полиция проявила надлежащий интерес», как выразился начальник отдела безопасности «Панаксии». Турн, тогда еще ничего не знавшая о переезде, согласилась.
Они во всех подробностях обсудили работу компании и расположение отделов в здании, и к концу встречи Турн показалось, что она получила ответ на свой вопрос. Она поднялась на свои длинные ноги и пожала руки всем присутствующим. Теперь она знает, где произойдет ограбление.
Когда комиссар села в припаркованный у самого входа «Вольво» и пристегнулась, ей в голову пришла мысль, что «Панаксия» – деревенский родственник огромного конгломерата G4S. Конечно, сотрудники делают все возможное, но этого все равно недостаточно. Что-то здесь идет не так, как нужно, только Турн не могла сказать, что именно. Может, и грабители сделали такой же вывод? Она завела машину и вырулила на дорогу, направляясь к себе на работу.
Сумму, которую озвучил сербской полиции их информатор – больше десяти миллионов евро, можно найти в Стокгольме только в трех местах. Это Центральный банк, «Панаксия» в Бромме и G4S в Вестберге.
Вряд ли кому-то придет в голову проникнуть в Центральный банк – в Стокгольме мало зданий, в системе безопасности которых Каролин Турн была уверена настолько же сильно. К тому же, на крышу банка невозможно посадить вертолет.
Из оставшихся вариантов описанию доносчика соответствовало только одно здание: деньгохранилище «Панаксия» в Бромме как раз размещалось в четырехэтажном здании с плоской крышей.
Сегодня Турн узнала, что переезд части компании был запланирован уже давно, и изначально предполагалось, что он начнется четырнадцатого сентября. Ограбление же должно произойти пятнадцатого: решение грабителей логично, учитывая, что в это время предприятие особенно уязвимо.