Отделённые: читать начало книги онлайн

— У Фара неплохая компания, а мне терпеть двух вонючих бугаёв.

— Яйзадница, — хмыкнул Лорин. — Яйница. А ничего так. Слово для всего сразу.

Смешки. Эта троица минуту назад чуть не подохла, а теперь занимается прикладным языковедением! Да-да, Ледяная Ведьма Самая-неплохая-компания-в-мире, закатывай свои бирюзовые глаза.

Посмеиваясь, Фаргрен думал ещё и о другом: им повезло. Кроме того, что они живы и могут шутить шуточки, у них сохранилась большая часть снаряжения. Почти всё важное было в его и Геррета мешках, медицинские припасы и присланное заказчиком — у Мильхэ. В мешки близнецов и перемётные сумы сложили запасную одежду, личные вещи и спальные принадлежности. Теперь всего этого нет. Не самая большая беда, но придётся поблагоухать: весной голышом стирать подштанники в реке — так себе занятие. Хотя, может, эту проблему сумеет решить Мильхэ? Иллиген, как-никак. Ещё пропала еда, но её-то можно раздобыть в лесу. А согреет их Геррет.

А вот с чем не повезло, так это с лошадьми. О них, наверное, уже и вспоминать не стоит. Только жалеть. Особенно Фару. Со скакунами у него всегда были сложные отношения. Умные животные не реагировали на него так, как на обычных волков, но и человека в нём не признавали, чуя звериную натуру. Жалко Горбушку. Очень жалко. Его Фаргрен долго приучал к себе. Жеребец даже мог спать и бежать рядом, пока хозяин был волком.

— А это, — подал голос Лорин, — как нужду справлять, если что?

Повисло молчание.

— Прости, Гер, — похрюкивая от смеха, начал Рейт, — но…

— Я убью вас обоих! Сраный пепел, это нелепейшая ситуация из всех, в которые я попадал!

— Разве? А когда я тебя во Всесвете вытаскивал из…

— Заткнись, Рейт, иначе выпущу тебе киш…

Раздался звук, и все замолкли — снизу постучали.

Глава 7

Дом, милый дом

Крепкие Когти вызвался пойти вместе со мной и Старейшиной. Вся стая собралась рано утром и проводила меня грустным воем. Бесшумные Лапки пробежала с нами до ближайшего оврага и на прощание лизнула мне нос, отчего сразу защипало глаза.

Старейшина провёл нас особыми тропами мар-даан-лаид, и к границе Светлого Леса мы вышли всего через два дня, неведомым образом миновав земли южных оборотней. На небе давно сияли звёзды, и волки решили, что в городок, приютившийся в небольшой долине, я пойду утром.

А поутру на камне рядышком обнаружилась тушка кролика. Вот это да! Неужели Крепкие Когти помышковал для меня? Ведь не Старейшина же этим занимался, и кролик не сам собой придушился.

Готовя завтрак, я думала, что делать дальше. Дойду до городка, это понятно, перейду границу и… Как попросить стражей Леса сказать мне, кто я? А если встречу кого-то знакомого или родственника и не пойму этого? Что случилось с моей семьёй за сто лет? Ладони сделались неприятно липкими. Я ведь потому и не спешила сюда…

Страшно. Особенно при взгляде на эльфийскую заставу. В обе стороны от белых башен уходил ряд огромных деревьев. Древа-защитники. Граница Светлого Леса. Как же красиво… Они узнают меня. Даже если я пойду не через заставу. Древа пропустят меня в любом месте, но это не скроется от стражей Леса: они всегда знают, кто, когда и где перешёл. Но, может, это и не так плохо? Ведь если родные ищут или искали меня, им сразу же сообщат. Не надо будет самой разбираться во всём.

Старейшина и Крепкие Когти молча глядели на давно голые холмы и деревья внизу. Здесь ещё не выпал снег.

По широкой дороге, лентой пролегавшей через городок, двигались разные двуногие. Кто верхом, кто в повозках, кто пешком. Как их много… Интересно, видно ли нас оттуда? Хотя вряд ли. Слишком высоко, да и переполох бы тогда поднялся при виде гигантских волков.

Старейшина что-то сказал, и Крепкие Когти ответил коротким тявканьем. Я разобрала только имя: Бесшумные Лапки. Серому волку, кажется, было неуютно: он находился вне Чащ впервые, а мир здесь совсем не такой, как в дремучем лесу, где мар-даан-лаид проводят всю жизнь. Да, Крепкие Когти, мне тоже неуютно, но…

— Кажется, пора, — вздохнула я.

— Иди, не бойся. Здесь уже недалеко, — сказал Крепкие Когти и рассмеялся волчьим кряхтящим смехом. — Если что, беги обратно.

— Мне страшно.

Я прижалась к серой груди волка, и тот неуклюже обнял меня лапой. Он ведь заботился обо мне всё это время, как о собственном щенке.

— Но не можешь же ты вечно сидеть в лесу?

— Строго говоря, я до сих пор в лесу, — улыбнулась я.

— Да разве это лес?! — засмеялся Когти. — Иди, — сказал он после некоторого молчания.

— Спасибо вам.

В последний раз зарывшись в мех волка, я обняла его, а потом, подумав, обняла и Старейшину.