— Сначала лизни, а потом ешь.
— Не хочу я есть аксольку. Посмотри, она же такая милая.
— Это он. Зачем тогда поймала?
— Ну, просто… Полюбоваться.
Волчица дёрнула ушами, выражая крайнее удивление.
— Любоваться надо мной. Или Старейшиной. Лизни на всякий случай!
Шутница-затейница…
— Зачем?
— Ой, бесшёрстная, ничего ты не понимаешь!
Широкий с чёрными пятнами язык скользнул по улыбающейся мордочке аксольки, и та удивлённо заморгала: что это такое сейчас случилось?
— Ну вот. Не превратился. Значит, можно есть.
— Не превратился в кого?
Я присмотрелась к моргающей аксольке. Неужели она, точнее, он, с подвохом?
— В Хррккла.
— Кого?
— Ну это… Переводится как «дивный волк», наверное. Легенда такая. Жил-был на свете волк, мамочки, какой распрекрасный. И шерсть-то у него самая густая, и когти самые острые, и хвост самый красивый, и лапы самые мощные, и клыки самые крепкие. Ну и всякое такое. Вот только был он гордый и жестокий. Закон не соблюдал, Старейшин не слушал, щенков калечил. В наказание Небесный волк превратил его вот в это недоразумение, сказав, что булькать ему в реках, пока он не смирит свою гордыню и какая-нибудь волчица не полюбит его. — Тут Лапки закряхтела. — Ну, или пока кто-то его не сожрёт.
Последнее уж точно отсебятина, а не часть легенды.
— И поэтому вы облизываете аксолек перед едой?
Ой, смехота…
— Только девочки. Ну чего ты хрюкаешь! Детская забава же. Взрослые-то аксолек не едят. Мяса на клычок и плавники несъедобные. Начинай с головы. Хвост самый вкусный.
— Не собираюсь я его есть!
Волчица пожала плечами почти как двуногий. У меня научилась, проказница.
— Отпусти тогда. Всё равно, думаю, если Хррккл существовал, его давно сожрали. Старейшина, кстати, говорил, что легенда вроде как ушла к оборотням. Постой-ка… Ты глянь, у этого хррккла недоделанного след есть!
Лапки была генасом. Таких немного среди мар-даан-лаид. Её, дочь Крепкие Когти, прочили в преемницы Старейшине.
— Пджжи, држи его, я за Стршной! — И умчалась прочь.
Когда она торопилась, то в речи начинала проглатывать гласные.
Со следом, значит? Я обратилась к силе и поискала его. И правда… Надо же, аксолька-Тварь. Звучит почти как «живой труп».
— Ну, станешь ужасным и опасным теперь, да?
Зверёк булькнул, будто ответил. Невольно представились аксольки, нападающие на Тракт. Настоящее секретное оружие! Все просто сдохнут от умиления. Но если серьёзно, разве аксольки могут быть Тварями? Мар-даан-лаид, видимо, такого тоже не знали, раз Лапки кинулась за Старейшиной.
Я с ними точно сталкивалась раньше. С Тварями. Иначе почему их описания из библиотечки так знакомы? Хотя, может, просто не впервые читала…