Рассказы о таежном докторе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Конечно, в упряжи! — крикнул Миша и, не дожидаясь ответа, перехватил коней и повёл их к телеге.

Он хотел их поставить по-своему, но кони опять привычно стали у дышла так, как стояли в своей фронтовой повозке: Гнедок слева, а Серый справа.

— А ведь пойдут! Пойдут! — радостно воскликнул конюх. — Пойдут!

И Исаак Иванович согласно кивнул головой.

Через полчаса Миша вёл уже коней в лес, подкармливал из ладони кусками припасённой чёрной краюхи, а впереди, вся в цветах, лежала дорога, которая кончалась далеко-далеко, у самого океана.

Собирались над лесом облака. Погромыхивал гром. Где-то неподалёку стучал гусеницами трактор. Серый вёл друга, обходя рытвины и камни. Гнедок пристраивался к нему и покачивал головой. И казалось ему, что идут они по старой фронтовой дороге, где лязгают танки, гремят вдалеке орудия. А рядом с ними идёт их живой возница и кормит краюхой с мозолистой доброй ладони.

Ученики

Приехал я к Исааку Ивановичу однажды зимой. Поговорить, послушать. А время было морозное. Застудился он, охрип.

Никакого разговора, думаю, не получится. Ему сейчас только горячее молоко пить да в тепле сидеть.

А он глазок на морозном стекле протёр — и на дорогу поглядывает. Потом поднялся и, хоть кашляет, надел телогрейку и стал натягивать валенки. Валенки старые, наверное, всю тайгу истоптали. И по волчьим следам ходили, и по медвежьим ступали, и заячьи видели. Знаменитые валенки!

Я спрашиваю:

— Куда это вы, Исаак Иванович?

Откашлялся он и на улицу показывает:

— Надо! Помощники мои идут! — И шею шарфом закутал.

Вышли мы на порог. Вижу, тропой от красной каменной школы поднимаются ребята. В куртках, с красными пионерскими галстуками. И машут Исааку Ивановичу кто шапкой, кто рукавицей. Пристроились, пошли за нами.

Исаак Иванович не разговаривает. И ребята молчат. У всех под валенками снег поскрипывает: скрип-скрип! Будто тянется одна хрустящая морозная песенка. Пришли ребята к клеткам, взялись за лопаты, за мётлы, смахнули с кровель снег. Каждый в клетке убирает. Исаак Иванович за ребятами присматривает.

А двое мальчишек встали в стороне и ничего не делают. Тут уж Исаак Иванович остановился:

— А вы почему стоите?

— А мы хотим помогать лечить зверей…

Хмыкнул Исаак Иванович, только пар клубком выпорхнул:

— Бери-ка лопату. Вот так! — И сам берёт. — Бери веник! Вот так! — И сам берёт. — Убирай, чтоб было чисто, хорошо. Вот и упасёшь зверей от болезни!

Тут и я лопату себе подобрал. Взялись все за работу. Молчим, попыхиваем. Только валенки свою морозную песенку продолжают.

Потом я часто встречал в тайге учеников Исаака Ивановича. И звероводов, и егерей. А как-то приехал в одно таёжное село, повстречался на речке с ребятами, а они давай мне разные истории рассказывать:

— A y нас рысь в колодец упала! Погналась за кошкой. Кошка — в ведро, а рысь прямо в воду!

— А мы лебедя вылечили. Он ко льду лапами примёрз. Мы его изо льда вырубили, и всю зиму он у нас жил! А сейчас в Африке!

Вдруг кто-то говорит:

— А Миролюбов так недавно Горбунка спас!

— Какой Миролюбов? — удивился я. — Уж не родственник ли Исаака Ивановича? Может, внук?