Тайна профессора Бураго. Вып. 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Десяток крепких матросских голосов кричали с «Керчи»:

- Плыви прочь!… Уходи от корабля!! Спустили шлюпку;

Найденов поплыл. Но он направлялся вовсе не в сторону «Керчи», а к дредноуту. Быстро достиг трапа и побежал вверх. Через минуту его маленькая фигурка затерялась среди палубных надстроек.

«Санька стрелой несся по палуба. Нырнул в первую попавшуюся дверь, помчался по внутренним проходам корабля. Если Житков попал в ловушку, его заперли где-нибудь недалеко от командирского салона, так же, как был заперт он сам на «Воле», подальше от матросских глаз.

Вот и командирский салон. Все говорило здесь о поспешном бегстве хозяев. Санька остановился и крикнул:

- Пашка! Па-а-шка-а-а-а!…

Эхо гулко понесло его голое по пустым пространствам стального гиганта,

Санька затаил дыхание. Эхо замерло где-то в дальних закоулках. Все было тихо.

- Паша!… Пашенька!… - в отчаянии повторил мальчик.

Снова побежало звонкое эхо, отскакивая от переборок и палуб, дробясь и затихая. И снова ответом ему было молчаниё мертвого корабля. Найденов заглянул в боковые каюты: пусто, беспорядочно разбросаны вещи. Забежал в спальню. Большой серый кот спокойно спал на командирской постели. У дверей ванной грудой лежали чемоданы, несессеры, портпледы, офицерские носильные вещи - еще одно свидетельство растерянности и поспешного бегства. Санька в бешенстве ткнул ногой эту груду.

- У, гады окаянные! - пробормотал он, стиснув зубы: Ему и в голову не приходило, что за дверью, заваленной этими «вещами», томится его друг Житков

Он собирался уже уйти из салона, чтобы продолжать поиски, как вдруг ему почудился едва уловимый высокий звук. Ему казалось, будто он слышит свист. Прислушался. Свист повторился. Сонька уловил знакомый мотив любимой песенки, которую они не раз певали с Пашкой:

Мы дружбу связали канатом,

Гордимся мы дружбой такой…

Санька что было силы в легких просвистел мотив. И сразу же из-за двери, около которой были навалены вещи, послышались глухие удары. Найденов рванул дверь: заперта. Схватил первый попавшийся тяжелый предмет и стал колотить по замку. Дверь распахнулась. Из ванной выскочил Пашка…

Тем временем спущенная «Керчью» шлюпка подошла к «Свободной России» и приняла юных друзей, Через несколько минут «Керчь» дала новый торпедный залп. На этот раз торпеда взорвалась под носовой башней «Свободной России». Дредноут вздрогнул, но никаких повреждений не было видно. Снова и снова стреляла «Керчь». Корабль оказался необыкновенно прочным. Только после шестого попадания, в самую середину корпуса, бело-черный дым взметнулся над кораблем; Облако дыма заволокло весь линкор - с башнями, с трубами, по самые клотики мачт.

Когда дым рассеялся, с «Керчи» увидели, что «мощная бортовая броня свалилась с дубовой подшивки. Брешь, окрашенная по краям кровавыми полосами сурика, зияла, как огромная рана. Корабль слегка раскачивался. Еще одна торпеда - и потоки вспененной взрывами воды устремились в пробоины. Корабль медленно кренился на правый борт с. дифферентом на нос. По мере увеличения крена все сильнее и сильнее слышались на корабле треск, грохот, звон. Ломались и рушились предметы на палубах и внутри корабля. Срывались с креплений катера, шлюпки, приборы. Все это о неимоверным шумом неслось по палубе, скапывалось в воду. Под конец поползли со своих гнезд-установок 750-тонные броневые башни главной артиллерий. Сперва медленно, едва заметно, потам все быстрее и быстрее ползли они по кренящейся палубе. Они увлекали всё на своем пути, ломали и размалывали дерево, железо, сталь. Вытянув длинные хоботы пушек, башни нырнули в пучину. Высоко брызнули кипящие волны. Из глубины» корабли продолжал доноситься скрежет и грохот. Там ударяли в борта скатывающиеся в погребах тяжелые снаряды, срывались с фундаментов не выдержавшие крена машины. Их удар в корпус был слышен далеко. Казалось, таинственные силы гиганта бушевали внутри корабля. Прошло четыре, минуты. Все стихло. Корабль перевернулся вверх килем. Силою воздуха, сжатого тяжестью корабля, вода высокими кипящими фонтанами выбрасывалась сквозь кингстоны. На большое расстояние вокруг все было покрыто бурлящей пеной. Прошло больше получаса, прежде чем киль корабля скрылся под волнами в могучем водовороте.

На палубе «Керчи» матросы и офицеры: стояли в молчании, с обнаженными головами. Никто не шевелился. Угрюмы были лица.

Когда на месте погрузившегося дредноута улеглась последняя рябь, командир Кукель надел фуражку и громко сказал:

- Этой жертвы требовала Россия!

Пожилой матрос, все еще держа бескозырку в руках, повернулся к команде и крикнул:

- Товарищи! Этой жертвы требовала от нас революция, ее требовал Ленин. Но русский флот не погиб. Он будет жить. Да здравствует, революционный русский флот, да здравствует революция, да здравствует ее великий вождь Ленин!

- Да здравствует флот… Да здравствует Ленин! - ответил ему могучий крик полутораста голосов.

Кукель потянулся к машинному телеграфу. Стрелка, звякнув, остановилась на словах «полный вперед».

«Керчь» развернулась и, высоко держа на мачте красный флаг, пошла прочь от Новороссийска. Она держала курс к берегам Кавказа.

8. ИХ СТАНОВИТСЯ ТРОЕ

Санька не пожелал оставаться на «Карчи». Он хотел вернуться к Ноздре, на родную базу. Когда они с Житковым подгребли туда, оказалось, что Ноздра был занят важным делом - готовился уничтожать самолеты, чтобы они не достались белым. Мальчики молча принялись помогать летчику. Запылал первый аппарат. Они оттолкнули его от берега. Второй, дымясь и разбрасывая снопы искр, покатился вместе с тележкой по слипу.

Последний самолет Найденов и Житков отвели подальше от пожара. Баки подожженных машин глухо рвались один за другим. К небу взлетали языки ярко-желтого пламени и столбы густого черного дыма.

И вот они стояли втроем у единственного уцелевшего гидросамолета - огромный сумрачный Ноздря и двое пареньков, измученных переживаниями последних суток. Мальчики казались совсем маленькими и беспомощными радом с великаном-матросом. Но так же, как и он, они были готовы, если понадобится, снова и снова итти в борьбу друг за друга, за корабли и самолеты, за оружие и боеприпасы, которые нужны молодой Советской республике и которые нельзя отдавать в руки ее врагов,

- Куда ж теперь? - спросил Ноздра.