Кальдур закрыл глаза, призывая всю мощь доспехов, Фурии, Длань и Тени.
Чёрный клинок в его руках вдруг запузырился словно кипящая вода, потерял форму, вытек сквозь пальцы, упал крупными каплями вниз, и капли эти тут же скрылись под землею.
Бирн, успевший отойти шагов на двадцать, вдруг упал на колени, сердце его ударилось несколько раз тяжёло, замело на несколько долгих мгновений и снова пошло, но уже как-то по-другому. Бирн с трудом обернулся.
— Ты его... уничтожил?
— Нет, — ответил Кальдур. — То ли он сбежал, то ли покончил с собой, я не понял... Но он явно не хотел встречаться со Светом моей Госпожи. Ты свободен, воин. По крайней мере, от этой ноши.
Бирн вздохнул и с трудом поднялся, он хотел было подойти к Кальдуру, но замер, смотря куда-то вверх и в сторону. Вдруг раздался низкий и долгий гул, от которого задрожали здания и земля. Тень закрыла солнце и снова наступили сумерки. Кальдур поднял голову вверх и увидел нечто, что было даже больше чем Небесный Дворец.
— А это ещё что за тварь?!
— А это их мать, — прошептал Бирн. — Не стоило убивать её детей.
— Какая громадина...
— И совершенно обезумела, — Бирн поморщился и опустил взгляд. — Ну тут я тебе точно не помощник. Не обессудь, если бы она была раза в два больше тебя и с мечом — это мой вариант. А тут уж нет. Я пойду. Хватит с меня этого всего. Сил нету никаких.
— П... прощай, — выдавил из себя Кальдур, всё ещё смотря на приближающееся чудовище.
— Прощай, мальчишка. Удачи тебе дожить до момента, когда ты сможешь опустить меч.
— Говоришь, она их мать?
— Да. Они все вышли из неё. Мать. Если хочешь убить это чудовище, то будь добр, убедись сначала, чтобы внутри не было женщин и детей.
— Туда, где родились монодоны, — приказал Кальдур.
Виденье 69. Я люблю тебя
Серая Тень не спешила открывать портал.
Кальдур отдавал мысленные приказы снова и снова, но доспех каждый раз обрывал призыв Формы Пространства и застывал в нерешительности. Наконец, устав от притязаний Кальдура, она показала ему виденье чего-то совершенно чёрного и холодного, от чего совсем не веяло жизнью, и куда Серая Тень не желала отправляться. И более того — не могла. Ей не хватало сил для такого прыжка. Слишком далеко.
Кальдур выругался, не понимая в чём дело.
Он только что перепрыгнул через пол страны, а чудовище было у них под носом, уже обогнуло гору и нависло над крепостью, и его многочисленные щупальца тянулись к Небесному Дворцу. Три монодона, прикованных цепями так же начали издавать оглушающие трели и бульканья, приветствуя свою мать, от чего ещё больше становилось не по себе. Кальдур застыл на месте, не зная, что ему делать.
Вокруг расцветало безумие. И так отчаянные схватки сменились паническими. Умелые осадные и оборонительные действия нарушились, строи дрогнули, офицеры замолкли, не зная какие отдать приказы, люди начали рубить другу друга, не разбирая чужих и своих. Кто-то бросился бежать и спасаться, кто-то опустился на землю, отринув любые попытки хоть как-то позаботиться о себе, кто-то решил в последние мгновения жизни посвятить своим слабостям: табаку, вину и поиску беззащитных женщин. Отовсюду раздавались крики, которые Кальдура беспокоили куда меньше, чем виденье конца всего сущего, ставшее реальностью с появлением матери чудовищ.
Левиафан уже цеплялся за Небесный Дворец, тащил его к себе, щупал цепи, которыми были скованы детёныши и пробовал их на прочность. Лучше бы оно просто напало сверху и начало утаскивать людей своими щупальцами. Это было не так страшно, как перспектива того, что эта тварь обрушит Небесный Дворец вместе с ослабленной Госпожой. Достаточно ли будет такого кошмара, чтобы убить Её тело? Сколько людей погибнет, когда эта громадина столкнётся с крепостью? Убьёт ли этого гиганта такое падение?
Кальдур вздрогнул, когда одна из цепей лопнула и Дворец начал крениться, но быстро восстановил равновесие.
— Ну же, Тень! — взмолился Кальдру. — Доставь меня туда! Хватит спорить! Хорошо-хорошо! Просто открой портал над этой штукой! Забрось меня в высоту! Мы уже делали так много раз! Ничего сложного!
Серой Тени так же стало страшно от присутствия такого чудовища. Настолько оно было не равным по силе и размеру, что даже доспех, несущий в себе всемогущий Свет Госпожи, казался чем-то жалким и незначительным. Серая Тень ещё немного подумала, но выполнила приказ и зашвырнула Кальдура в небо.
Она взяла слишком высоко. Так же как и Кальдур, не смогла в полной мере оценить насколько матерь чудовищ огромная. Падение до чёрной шкуры длилось так долго, что Кальдур успел несколько раз выругаться. В воздухе запахло колдовством, волосы под доспехом встали дыбом, тело гиганта пошло дрожью, бесконечное число щупалец раскинулось в стороны и начало бить по воздуху, и Кальдур вдруг осознал, что у него появился совершенно неожиданный союзник в битве за Дворец.
Алазам. Величайший бледный колдун и его смертельный враг, пленивший Госпожу. Вынужден был покинуть своё убежище и вступить в бой, пока обезумевшее чудовище снова не приземлило Небесный Дворец.
Он упал сверху на чёрную плоть, которую начало сводить судорогой и которая вся стала дыбом, он едва сумел удержаться. Он не знал, что делал с чудовищем бледный колдун, но это было явно нечто настолько неприятное, что доставляло дискомфорт даже такой громадине. Однако, учитывая, что тварь не спешила обращаться в бегство или умирать — даже Алазам не знал как ей навредить.
Кальдур выругался, сильнее вцепился когтями в чёрную шкуру и начал работать клинком, что было мочи.
***