— Тише. Сколько ни старайся, иногда отношениям не суждено сбыться. Мы это уже обсуждали.
— Но я никак не смирюсь. Она заслуживала гораздо лучшего имдико.
— Она заслуживала мужчину, который разделял бы ее интересы. Так же, как и ты заслуживаешь женщину, которая разделяет твои. — Марьям обхватила его лицо руками. — Хочешь, я побуду эгоисткой? Терпеть не могу, когда ты позволяешь совести разрушить одно из самых замечательных свиданий в моей жизни. Я предпочитаю забыть о том, что не должна быть с тобой столь скоро после ее смерти. Мне хочется просто раствориться в этом моменте — настолько мне хорошо. И я надеюсь, что тебе столь же приятно. Не так ли?
Как она не могла понять, что значил их секс для него?
— Именно поэтому я разрываюсь на части. Марьям, я не могу перестать желать, чтобы ты стала женщиной моего клана. Я бы влюбился в тебя так крепко, чего не произошло с Бриэль.
Она уставилась на него широко раскрытыми глазами. На ее лице отразилось замешательство, затем беспокойство.
Пана не ожидал, что она ответит на его чувства. Ему было больно ставить её в неловкое положение. Он стал полагаться на Марьям после смерти Бриэль. Она понимала его, помогала обрести равновесие в самые тяжелые моменты. Пана был бы счастлив, ответь она ему взаимностью, но пока он лишь просил разделить боль от неспособности полюбить потерянную матару.
Он поспешил объясниться, боясь, что она уйдет.
— Я лишь пытаюсь объяснить, насколько неправильной чувствую связь с другой женщиной. Тебе не нужно беспокоиться о том, что я попытаюсь заставить тебя полюбить меня. Сейчас я забочусь о твоем счастье, чего бы оно ни стоило.
Улыбка Марьям вернулась. Она была немного печальной, но Пане стало лучше после поцелуя.
— У тебя такая добрая душа. Я бы непременно сказала Бриэль, как ей повезло с тобой, будь она с нами.
— Не тогда, когда я не смог полюбить её.
— Ты потрясающий, и, конечно, смог бы кое-чему научить моего бывшего мужа. Или даже всему. Перестань заниматься самобичеванием и признай, какой ты невероятный.
Пана крепче обнял ее.
— А что если я просто сделаю все возможное, чтобы насладиться моментами с тобой? Ты права, я дурак, потому что не ценю настоящее.
* * * *
— Земные корабли вне досягаемости радара. Запускаю двигатели, полный вперед.
Келс не мог не оценить профессиональный тон рулевого. Экипаж эсминца состоял из невозмутимых солдат, а управляющие на мостике были вовсе бесстрашными. Управлявший кораблем драмок словно делился прогнозом погоды, отбросив эмоции.
Одак был не менее стойким.
— Главному по оружию следить за поисковыми кораблями.
Келс внимательно следил за показаниями компьютера, ожидая каких-либо признаков преследования со стороны землян. Особенно от огромного линейного крейсера, который подоспел на днях. У поврежденного калкорианского эсминца не было и шанса против космического убийцы.
Он подсознательно выстукивал ритм молитвы, которая звучала в голове. Мать Всего, присмотри за моим кланом, ребёнком и Марьям.
Келс нахмурился. Он уже не в первый раз ловил себя на мольбе всевышним силам сотворения, которым многие калкорианцы приписывали свое существование. Он произносил про себя мантру за признание невиновности Себиста, когда его другу предъявили уголовное обвинение. Он ежесекундно молился о выздоровлении Паны, когда супруг заболел тяжелой смертельной болезнью. Теперь его подсознание читало мольбу за тех, кто значил для него больше всего.
Марьям каким-то образом стала одной из них. Не потому что он обидел ее, и не потому что она носила его ребенка. Он беспокоился за нее ради нее самой.
Почему он удивлялся? Последние пару дней он наблюдал, как у них с Паной складываются легкие дружеские отношения. С Дерганом она вела себя более сдержанно, но благосклонно, и нобэк явно ценил ее в ответ. Дух товарищества между землянкой и кланом Келса рос по часам.
Даже держась в стороне, Келс разглядел в Марьям прекрасного человека. Он не мог и представить себе ту чистую доброту, с которой она стала суррогатной матерью его ребенка.
Как он мог не заботиться о ней?
Голос рулевого вывел Келса из задумчивости.
— Мы оставили ионный шторм позади, выходим в открытый космос.
— Я не вижу сигналы радаров. Никаких признаков того, что земляне обнаружили наш уход. Нобэк Дерган, вы можете подтвердить мои показания? — спросил главный по вооружению.