Одиссея Грина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мне сказали, что я могу пользоваться ею хоть сейчас, — восхищался Сарвант. — Руд, может быть, эти люди и отсталы во многих отношениях, но во всем, что касается биологии, они не уступят никому. Жрица сказала, что эта тонкая пленка — псевдоплоть, которая будет расти и вскоре полностью затянет рану, будто ее и не было. Они сделали мне переливание крови, затем дали поесть, и это сразу вернуло мне силы. Но не даром, — закончил он, поморщившись. — Они сказали, что пришлют мне счет.

— У меня такое впечатление, что эта культура не терпит лодырей и тунеядцев, — заметил Черчилль. — Нам нужно подыскать какую-нибудь работу, причем побыстрее.

Они покинули храм и направились к берегу реки Потомак, на этот раз без происшествий.

Гавань простиралась вдоль берега на добрых два километра. Некоторые суда были пришвартованы к причалам, многие стояли на якоре посреди реки.

— Перед нами панорама порта начала девятнадцатого века, — констатировал Черчилль. — Парусники любых типов и размеров. Уверен, пароходов мы здесь не увидим, хотя неразумно полагать, что эти люди не умеют их строить.

— Запасы угля и нефти истощились задолго до того, как мы покинули Землю, — заметил Сарвант. — Они могли бы жечь дрова, но у меня сложилось впечатление, что, хотя деревья здесь не редки, их не рубят без особой надобности. И, очевидно, они либо забыли, как производить ядерное топливо, либо придерживают это знание.

— Энергия ветра хоть и не обеспечивает больших скоростей, — добавил Черчилль, — но зато всегда в избытке и вовремя доставит куда нужно. Смотрите, какой красивый корабль идет сюда!

Жестом он указал на одномачтовую яхту с белым корпусом и красными парусами. Она разворачивалась, чтобы пристать как раз к тому причалу, где они стояли.

Таща за собой Сарванта, Черчилль сбежал по длинной лестнице к берегу. Он любил поговорить с моряками, а люди на этой яхте очень напоминали тех, с кем он плавал во время летних каникул.

За штурвалом стоял седой плотный мужчина лет пятидесяти пяти. Двое других, по-видимому, были его сын и дочь. Сын был высоким, хорошо сложенным, статным блондином лет двадцати, дочь — чуть пониже, с хорошо развитой грудью и тонкой талией, длинноногая, с необычайно красивым лицом и длинными светлыми волосами. Ей могло быть от шестнадцати до восемнадцати лет. На ней были свободные шаровары и короткая синяя куртка.

Она вышла на ют и, заметив мужчин на пирсе, крикнула, сверкнув белыми зубами:

— Держи конец, моряк!

Черчилль подхватил конец и подтянул яхту к пристани. Девушка перегнулась через борт и улыбнулась:

— Спасибо, моряк!

Юноша-блондин пошарил в кармане юбки и бросил Черчиллю монету.

— За твой труд, милейший.

Черчилль перевернул монету. Колумб. Раз эти люди дают столь щедрые чаевые за такую ничтожную услугу, с ними стоит познакомиться.

Он легко перекинул щелчком монету в сторону юноши. Тот, хотя и удивился, но ловко поймал ее одной рукой.

— Спасибо, но я не слуга, — пояснил Черчилль.

Глаза девушки расширились, и Черчилль увидел, что они темно-синие.

— Мы не хотели вас обидеть, — произнесла она низким голосом.

— А я и не обиделся.

— По вашему акценту можно предположить, что вы не из Ди-Си, — сказала она. — Вас не обидит, если я спрошу, откуда вы родом?

— Я родился в Манитовоке, городе, которого больше не существует. Имя мое Рудольф Черчилль, а товарища моего зовут Нефи Сарвант. Он из Месы, что в Аризоне. Нам по восемьсот лет, но мы на удивление хорошо сохранились для своего возраста.

У девушки перехватило дыхание.

— О, вы братья Героя-Солнце!

— Да, мы сотоварищи капитана Стегга.

Черчиллю понравилось то, что он произвел такое сильное впечатление.

Отец протянул ему руку, и по этому жесту Черчилль понял, что он и Сарвант приняты как равные, во всяком случае, пока.

— Я — Рес Витроу. Это — мой сын Боб, а это — моя дочь Робин.